Как уже писалось в соседней теме, серия комиксов «Ultimate Adventues» берет свое начало в моих фанфиках, которые я начал писать в середине 90-х. Все эти рукописи были бережно сохранены до сего дня – уже много лет я хочу оцифровать все написанное, что позволит часть материалов выложить, часть сохранить в личном архиве, а часть использовать повторно. Единственное, что меня всегда останавливало – весь этот огромный объем в тысячи исписанных тетрадных листов был слишком велик, и как я ни старался, ни одна программа по распознаванию текста не могла качественно справиться с моим ужасным почерком. В самом лучшем случае, редактуре подлежало минимум 80% текста, что сводило всю работу по сканированию и распознаванию практически к нулю. Набирать же всю эту графоманию вручную, выглядело еще большей утопией. В результате тетрадки продолжали пылиться на полке, ожидая своего часа.

И он наконец-то настал – опробовав на прошлой неделе нейронку от Гугла под названием Гемини, я с удивлением обнаружил, что она прекрасно распознает мой почерк, а объем редактуры после нее не превышает 2-3% от общего текста!

Как итог – я наконец-то взялся за полноценную оцифровку своих рукописей, и часть этих материалов планируется к публикации в открытом доступе. В частности в этой теме будет выложена итоговая (на момент создания) версия «Возвращения», а точнее та малая часть, которая была написана в те времена.

Книжка, как уже говорилась, давалась мне с очень большим трудом – было придумано сразу несколько версий сюжета, но ни один меня на 100% не устраивал. Кроме того, поскольку книга была первой по хронологии сюжета, в ней встречалось множество описаний персонажей, локаций и техники – повествование велось от лица Ала Зарковски, и каждый раз, когда он сталкивался с новым врагом или другом, мне приходилось добавлять описания. Это всегда было моей слабой частью и в итоге стало одной из причин, почему книга так и не была дописана.

Тем ни менее, в этой теме я выложу начало истории – то, как она было задумана и написана еще тогда. А после этого распишу вкратце содержимое остальных глав, которые так и не были реализованы полноценно и остались на стадии расширенных драфтов (краткая их версия публиковалась здесь).

— Здравствуй, и спасибо тебе. Спасибо, что купил эту книгу, спасибо за то внимание, которое ты уделил (а может, уделила) моей скромной персоне. На самом деле, я вовсе не писатель и не умею сочинять. А потому всё, что здесь написано — чистая правда. Конечно, это смелое заявление, но давай разберемся во всём по порядку.
Итак, прежде всего я, разумеется, представлюсь. Меня зовут Ал Зарковски, я уроженец Соединенных Штатов Америки. Двадцать шестого августа прошлого года мне исполнилось семнадцать. У-у, скажешь ты, такой большой, а пишет про Черепашек-ниндзя. Да, к сожалению, я уже не ребенок, но ведь это не мешает мне говорить ПРАВДУ. Ведь дело в том, что так горячо любимые тобой Черепашки-ниндзя ДЕЙСТВИТЕЛЬНО СУЩЕСТВУЮТ. И волей случая мне довелось познакомиться с ними. Об этой встрече и рассказывает настоящая книга. Она — первая в трилогии книг о новых приключениях Черепашек. Две остальные книги выйдут следом и я надеюсь, тоже не пройдут мисо твоего внимания.
Ну, хватит вступлений. Пора переходить к делу. Сначала, пожалуй, я немного расскажу о себе. С чего бы начать? Ах, да!
Родился я в Лос-Анджелесе, штат Калифорния, рядом с небезызвестной «фабрикой грез» Голливудом. И надо сказать, всё моё детство было довольно счастливым. Отец, Джордж Зарковски, работал в крупной преуспевающей компании, мама — Эмма Зарковски была домохозяйкой, и семья не знала недостатка в деньгах.
Ну, а так как я был единственным ребенком, родители старались вложить в меня всё свои силы. И без лишней скромности могу сказать - не напрасно. С детства проявив интерес к изобретательству, к пятому классу я самостоятельно освоил принципы работы на компьютере. Но это не сильно привлекало меня — мне хотелось стать телевизионным репортером. С детства просматривая бесчисленные ТВ-шоу я навсегда заболел магией телевидения. И твердо дал себе слово стать журналистом.
Но закончив школу, я вдруг осознал — во всём Лос-Анджелесе нет ни одного по-настоящему престижного института журналистики. Что же делать? И тут, как это часто бывает, мне помог случай. Отец, ставший к этому времени уже крупным бизнесменом, часто ездил по стране. И вот, вернувшись из очередной командировки, он неожиданно предложил поступить мне на журналистский факультет Нью-Йоркского Университета. Предложение было довольно заманчивым — еще бы, это один из лучших Университетов в Штатах. Но уезжать из родного Лос-Анджелеса через всю страну на восточное побережье ой как не хотелось. Выход снова нашел отец. Он предложил попытаться сдать вступительные экзамены и в случае зачисления перебраться в Нью-Йорк всей семьей на новое место жительства.
Но то, что произошло потом, навсегда изменило мою дальнейшую жизнь. Сдав экзамен на отлично и поступив в Университет, мне действительно стало необходимо переехать в Нью-Йорк. И вот, продав дом, в котором я вырос, мы купили небольшую квартирку на Манхэттене, в самом центре Нью-Йорка и полетели к новой жизни на новом месте. Но именно этот злополучный перелет перечеркнул всё. По неизвестным причинам самолет потерпел крушение, рухнув в пригороде Нью-Йорка. Выжить удалось всего пятерым. Каким-то чудом я оказался среди них. И только очнувшись через неделю в одной из больниц Нью-Йорка, я с ужасом понял — мои родители погибли.

Пожалуй, это было самое тяжелое время в моей жизни. Один, в незнакомом городе, лишившись самого дорогого, я был в глубокой депрессии. Но жизнь продолжается. Втянувшись в учёбу, я слегка залечил огромную душевную рану, но жуткую пустоту, образовавшуюся после смерти родителей, заполнить не мог никто. Никакие новые друзья-студенты. Мне казалось, что я остался одиноким на всю оставшуюся жизнь.
Но к счастью, это оказалось не так. Сейчас, когда я пишу эти строки, я не одинок. Со времени крушения прошло чуть больше года, и я нашел себе по-настоящему верных друзей. Конечно, даже они не способны заменить мне родителей, но с ними мне легче смириться с этой потерей. Эти друзья — Черепашки-ниндзя.
Вполне возможно, ты знаешь о них не так уж много, но это вполне поправимо. Как настоящий журналист, я собрал о них самые важные сведения и поместил их в конце книг.
в примечаниях. Я надеюсь, они помогут узнать тебе побольше о своих кумирах. Кроме того, в ближайшее время я планирую выпустить серию книг, рассказывающих обо всех НАСТОЯЩИХ приключениях Черепашек.
Ну, а пока вернемся на полгода назад в май месяц, когда и произошло мое новое знакомство...

Глава №1. Новая угроза миру.

Май стремительно сдавал позиции наступающему июню. И хотя тёплые дни установились ещё в апреле, настоящее лето наступило только сейчас. С каждым днём Нью-Йорк всё больше погружался в знойную жару, грозя расплавиться и сползти в океан. Три вечные летние приметы этого города — страшная духота, бесконечные пробки на дорогах и шум кондиционеров отовсюду. Через неделю Нью-Йорк вымрет —все разъедутся по отпускам. Но сейчас в последние дни мая город ещё полон и жужжит как растревоженный улей. А сверху, над всем этим ульем висит, не исчезая, тонкая дымка горячего воздуха вперемешку с гарью…
— Мистер Зарковски! Что такого интересного происходит на улице, что важнее нашего занятия? — сухой, язвительный голос преподавателя журналистики заставил меня вздрогнуть и отвернуться от окна. — Итак, я вас слушаю?!
— Извините, мистер Андерсон, отвлекся... — я виновато взглянул на учителя.
Кристофер Андерсон, сухопарый старик в очках с толстыми линзами, лишь презрительно усмехнулся.
— Я вижу, мистер Зарковски, вам не терпится поскорей попасть на улицу? — его дребезжащий голос резал уши. — Я вам могу помочь с этим. Вы ведь еще не получили допуск к зачету?
— Нет... — по его тону я уже догадался, что меня ждет.
— Вот и отлично! — преподаватель потер свои жилистые руки, — Я отправляю вас на практику на 6 Канал Новостей. Чтобы к завтрашнему дню отчет о проделанной работе лежал у меня на столе. Вам ясно?
— Да, конечно, — я обреченно вздохнул.
— Можете быть свободны, — и Андерсон тут же потерял ко мне всякий интерес.

Собрав книжки, я вышел из аудитории в прохладный полумрак коридора и прислонился к стенке. Всё, день был безвозвратно потерян. По опыту посещение других телецентров я знал, ЧТО меня ждет: «Мистер Зарковски, подержите камеру...», «Мистер Зарковски, сбегайте за гамбургером...» «Эй, ты! А ну-ка живо неси изоленту!», — вот примерно так проходили наши «практические занятия» на различных телестанциях. И это вместо того, чтобы участвовать в журналистских расследованиях или брать интервью. Эх! А потом еще писать отчет для этой старой клюшки Андерсона. А о чем писать? О гамбургерах с изолентой?!
Перекинув сумку через плечо, я сбежал вниз по лестнице и громко, вложив в это всю душу, хлопнул дверью.

***

Спустя полчаса, изрядно помяв бока в автобусе и, покрывшись хрустящей корочкой от нестерпимой жары, я все-таки добрался до небоскреба 6-ого Канала Новостей. Окинув его равнодушным взглядом — типичный для Нью-Йорка «стекло-пластик-бетон» — я толкнул входную вертушку прозрачной двери и оказался внутри. Та же однообразная картина: пластиковый «под мрамор» пол, декоративные деревца в кадках вдоль стен, стойка администратора, пара-тройка чего-то ждущих на диванчиках людей и два лениво вращающихся вентилятора в кондиционерах — типичный холл типичной компании. Настроение у меня было хуже некуда и всё казалось однообразным и скучным.
«Так, теперь незаметно к лифтам», — украдкой подумал я и быстрыми шагами направился к противоположной стене, где темно-синим пластиком темнели панели ряда дверей. Самое главное — незаметно проскочить мимо администратора и попасть на верхние этажи. Тогда уже появился небольшой шанс «угодить в хорошие руки» и поработать по-настоящему...
— Молодой человек! — окрик администратора заставил меня замереть. — Вы куда?
«Хорошие руки… Размечтался!» Теперь он доложит обо мне директору, и я снова стану мальчиком на побегушках...
— Здравствуйте! — я кисло улыбнулся и достал из кармана удостоверение. — Меня зовут Ал Зарковски. Я на практику...
— А-а, студент, — пожилой администратор хитро взглянул на меня. — Подождите минуту, я сообщу Мистеру Томпсону.
— Хорошо, спасибо, — обреченно начал было я, но тут сзади меня что-то толкнуло. Чуть не потеряв равновесие и окончательно растеряв остатки хорошего настроения я обернулся, уже собираясь было сообщить неизвестному нахалу всё, что я о нем думаю. Но так и остался стоять с открытым ртом. Потому что сбившего меня человека не узнать было невозможно. Высокая, почти 6 футов ростом девушка с красивым лицом и копной темно-рыжих волос, в легкой черной куртке и желтых джинсах — словом, это была ОНА.
— Эйприл О'Нил?! — я не поверил своим глазам. Самая известная журналистка в Нью-Йорке, получившая кучу наград за потрясающие репортажи, сейчас стояла прямо передо мной.
— Да, да, извините, что толкнула, — Эйприл улыбнулась, — Привет, Стив, — и направилась было к дверям, но что-то ее задержало. Обернулась, внимательно посмотрела на меня и наконец произнесла:
— Вы случайно не на практику?
Внутри забрезжил слабый лучик невероятной надежды. Я с готовностью кивнул.
— Отлично. Ирма в отпуске, а мне как раз нужен оператор. Умеете держать камеру?
Господи! Неужели это правда?
— Конечно! — голос от радости сорвался.
— О'кей, поехали, — Эйприл кивнула мне и снова направилась к дверям. Я было двинулся следом, но тут встрял Стив:
— Простите, мисс О'Нил, но я обязан доложить мистеру Томпсону...
— Так в чем проблема? — девушка снова, уже недовольно, обернулась. — Докладывайте, а мы поехали. У меня срочный репортаж.
И всем видом показывая, что никакие другие возражения больше не принимаются, Эйприл О'Нил направилась к выходу. От радости я почти вприпрыжку побежал следом. Сзади тяжело вздохнул пожилой мужчина за стойкой администратора.

***

Выйдя под знойное небо Нью-Йорка, Эйприл быстро зашагала за угол здания. Я нагнал её уже у сетчатого забора, огораживающего стоянку личного транспорта служащих телецентра. Девушка открывала небольшой висячий замок на воротах.
— Мисс О'Нил, куда мы направляемся?
Замок наконец-то поддался и мы оказались на стоянке.
— Зовите меня просто Эйприл, о'кей? А вы?..
Упс! Забыл представиться.
— Ал, Ал Зарковски. Но лучше просто Ал, — я огляделся. Довольно большая площадка была наполовину заставлена одинаковыми голубыми операторскими мини-автобусами с логотипами 6-ого Канала. Но кроме них вокруг стояло и много легковых машин самых разных цветов и марок. Это был личный транспорт журналистов. И среди всего этого разнообразия особенно ярко выделялась красная «Феррари» последней модели с откидывающимся верхом.
— Мы едем в ИЛГИ, — Эйприл направилась именно к этой машине.
— Ого! — я даже присвистнул от удивления. — «Исследовательская Лаборатория Генной Инженерии»? Что же у них случилось?
— Похоже, украли какой-то новый прибор, — не церемонясь с дверцей, Эйприл запрыгнула внутрь, — ну что, ты едешь?
— Конечно! — я сел рядом, — у тебя отличная машина.
Девушка завела двигатель.
— Спасибо, мне тоже нравится.

***

Меньше чем через минуту мы уже мчались по раскаленным от зноя улицам Нью-Йорка. Эйприл вела машину молча, внимательно следя за дорогой. Попасть сейчас в пробку — смерти подобно, это понимали оба. А потому отвлекаться на пустые разговоры было не время и не место. Узнать друг друга получше у нас наверняка еще будет шанс.
Тихо шуршали протекторы, внося свою лепту в разноголосицу делового центра Манхэттена. Встречный ветер приятно обдувал лицо и шевелил волосы, разбавляя своей прохладной струей горячее марево летнего зноя. Я поглядывал по сторонам и улыбался — после такой невероятной удачи настроение у меня резко подскочило, и жизнь уже не казалась однообразной и серой. Да и какое может быть однообразие, когда я еду снимать свой первый настоящий репортаж! Да еще и в компании лучшего репортера Нью-Йорка! Вот класс!
Слева что-то тревожно запищало. Я неохотно оторвался от проносящихся мимо улиц и вгляделся на приборную панель. На ней тускло мерцала мелкая круглая кнопка.
— Как не вовремя! — пробормотала Эйприл, но я все же услышал ее.
Оторвавшись от дороги, она нажала мигающую кнопку. И в ту же секунду часть приборной панели уехала в сторону, открывая миниатюрный экран телевизора.
— Да, Эйприл слушает! — девушка скосила глаза на этот экран. А там... там появилось что-то очень странное, больше всего похожее на морду гигантской черепахи. Только, почему-то эта морда была в фиолетовой повязке на глазах. Окончательно растерявшись, я глупо уставился в экран.
— Эйприл, у нас проблема! — произнесла морда, — срочно приезжай!
— Я не могу, Донателло! — Эйприл, похоже знала это существо, — у меня срочный репортаж! С новым напарником!
— Это подождет! — существо по имени Донателло нахмурилось, — наша проблема гораздо важнее!
— Да что случилось то? — воскликнула Эйприл.
— Кренг вернулся! — мрачно ответили с экрана, — и того и гляди будет в центре города!
— Вот черт! — процедила сквозь зубы Эйприл, — мы скоро будем!
Экран потух, стал пепельно серым. Еще одно нажатие кнопки — и его снова не видно.
— Эйприл... — растерянно начал я, — что происходит?
— Земля на пороге гибели, — Эйприл покрепче схватилась за руль и вдавила педаль газа, — нам надо торопиться!

Глава №2. Знакомство.

Сказать, что я ничего не понимал — значит сильно приукрасить ситуацию. Всё вокруг стало совершенно странным и непонятным — потайной экран, как в фильмах про Джеймса Бонда, существо с зеленой кожей по имени Донателло и эта жуткая фраза: «Земля на пороге гибели»... По спине пробежали мурашки.
На одном из поворотов Эйприл резко вывернула руль, и машина помчалась какими-то закоулками, подскакивая на чудовищных выбоинах старого растрескавшегося асфальта. Вокруг замелькали кучи мусора, сломанные заборы, облупившиеся дома с пустыми глазницами окон... Город преобразился в одну секунду, открыв взору все то, что пряталось за ширмами центральных улиц и площадей. И картина, надо сказать, была просто отвратительная. Но сейчас не до этого.
— Эйприл, что происходит? — повторил я, покрепче ухватившись за дверцу — машину трясло как в лихорадке. На мой вопрос девушка ответила не сразу, видимо собираясь с мыслями.
— Ал, что ты знаешь про Черепашек Мутантов Ниндзя? — наконец начала она.
— Ну... — такого вопроса я не ожидал, — слышал, есть такие мультики. А что?
— Эти «мультики» основаны на реальных событиях. Черепашки существуют, и ты только что видел одну из них.
— Боже мой... — ошарашено пробормотал я, когда смысл слов до меня наконец дошел.
— Я знаю, в это трудно поверить, — продолжала Эйприл, — но это так. Кроме того, Шреддер и Кренг тоже не выдумка.
— А это кто такие?
— Кренг — сосланный на Землю межгалактический преступник. А Шреддер — его сообщник.
— Он тоже инопланетянин?
— Нет, — Эйприл покачала головой, — он человек, мастер каратэ и кунг-фу. Один из лучших ниндзя в мире. А вместе эта парочка смертельно опасна.
— А что значит «вернулся»?
— Последний раз мы сталкивались с Кренгом год назад. С тех пор ничего ни о нем, ни о Шреддере не слышали. До сегодняшнего дня.
— Неужели эти двое действительно могут захватить планету? — всё еще сомневался я.
— Боюсь, да. У Кренга есть оружие, превосходящее на своей мощи все земные технологии.
— И что это? — мне вдруг стало неуютно.
— Боевая машина Технодром. Кренг создал его для покорения своей родины — Измерение Икс. Правда, эта попытка была неудачной, и Межгалактический Трибунал сослал Кренга вместе с Технодромом на отдаленую планетку с полудиким народом. Вот только эта планетка называется Земля.
— Ничего себе... — смысл слов девушки доходит до меня все медленнее — «Межгалактический Трибунал»… Как в комиксах...
— Господи! Да половина комиксов основана на правде, — воскликнула Эйприл — это я тебе как журналист говорю.
В эту секунду впереди среди куч мусора замаячила огромная яма. Эйприл, не снижая скорости, вела машину прямо к ней.
— Эйприл, что ты... — договорить я не успел.
Подняв фонтан грязи, «Феррари» оказалась над провалом. Повисела долю секунды в воздухе и рухнула в темную преисподнюю. Сердце подскочило и ударившись где-то в затылке, спрыгнуло снова вниз.
Резкий удар ознаменовал собой посадку — полет был не долгим. На проверку глубина ямы оказалась футов десять, не больше. После яркого света, тьма казалась непроглядной. — ...делаешь? — с опозданием закончил я.
— Везу тебя к новым знакомым, — Эйприл щелкнула переключателем и яркий свет галогеновых фар распорол вязкий сумрак. Мы были в канализации. На сколько хватало мощности ламп впереди простиралась полная грязи и мусора сточная труба.
— Черепашки живут ЗДЕСЬ? — я был в полной растерянности.
— Да — просто ответила Эйприл и снова вдавила педаль газа. Меня вжало в кресло. В нос ударила жуткая вонь. Машина неслась в узкой трубе, разбрасывая по склизким стенам куски грязи и световые блики. А у меня в голове царила полная сумятица. А ведь всего полчаса назад всё было так просто и ясно! Да… Ввязался я не поймешь во что.
Пока я пытался собрать расползающиеся мысли, мы пролетели пару поворотов и вдруг оказались в каменном туннеле. Здесь не было даже намека на грязь, среди плиток округлого потолка прятались тусклые светильники, слабо освещающие массивные стены.
«Похоже, это старая школа канализация еще 19-го века», — догадался я, — «тогда все туннели делали такими».
С трудом вписавшись еще в один поворот, Эйприл нажала на тормоз. Похоже, приехали. Впереди, футов через 100, я заметил другую машину. Это был мини-автобус, желтого цвета, припаркованный у одной из стен.
«Странно. Откуда здесь автобус?» — подумал я и уже было хотел обратиться с этим вопросом к Эйприл, но тут в свете фар, продолжающей по инерции катиться машины, разглядел, что это не обычный автобус. Висевшая под лобовым стеклом запаска была обтянута в чехол защитного зеленого цвета с изображением черепашьего панциря и надписью «Черепашки» по середине. Точно такой же рисунок украшал передний бампер машины и крышу. Кроме того, сверху автобус ощетинился двумя небольшими спутниковыми тарелками, солнечной батареей и еще чем-то, похожим на два пулемета.
Выглядело всё это довольно грозно.
— Ребята! — крикнула Эйприл, аккуратно припарковав свою машину рядом, — мы приехали!
Прямо за грузовичком в одной из стен я заметил массивную металлическую дверь. На крик Эйприл она распахнулась и в проеме возникли четыре низеньких силуэта. В тусклом свете редких ламп я едва различал их.
— Пойдем, Ал — заглушив двигатель, Эйприл выбралась из машины. Я последовал её примеру.
Тем временем фигуры вышли из-под тени автобуса и попали наконец в лучи света. Это были Черепашки. Четверо абсолютно одинаковых мутантов с зелёной чешуйчатой кожей, тёмно-бежевыми панцирями и разноцветными повязками на глазах, локтях, запястьях и коленях. У одного из них они были оранжевыми, у другого — синими, у третьего — красными и у четвёртого — фиолетовыми. И, пожалуй, эти повязки — единственное, что позволяло отличить одного мускулистого мутанта от другого. Хотя нет - в неверном свете тусклых ламп я разглядел пояса на каждом из Черепашек-ниндзя. А на круглых застёжках — буквы М, Л, Р и Д. Похоже это были первые буквы их имён. По крайней мере Донателло — черепашка в фиолетовой повязке — имел на своём ремне именно букву Д.
— Привет, Эйприл, отлично выглядишь, — первым, широко улыбаясь, заговорил мутант в красной повязке, — а кто это с тобой?
— Знакомьтесь — Ал Зарковски, — Эйприл показала на меня, — мой будущий коллега по цеху, а пока студент.
— Привет, я Рафаэль, — ниндзя в красном тут же протянул трёхпалую руку, — это мои друзья: Леонардо, Донателло и Микеланджело.
Мы по очереди пожали друг другу руки. Да, мои догадки с именами оказались верны. И слава Богу — различить внешне абсолютно одинаковых мутантов я пока не научился.
— Итак, Донни, что стряслось? — Эйприл прервала мои мысли, укоризненно взглянув на Черепашку, — Кренг действительно вернулся?
— Боюсь, да, — Донателло вздохнул — так сразу всё не расскажешь. Пойдёмте в дом. У нас ещё есть время.
— О'Кей, пошли, — кивнул я. Но от последней фразы Донателло по спине пробежали мурашки...

Глава №3. Незаконное вторжение.

Автострада Саут-Роуд, соединяющая Нью-Йорк с Вашингтоном никогда не пользовалась особой популярностью у автолюбителей — мало закусочных и заправок, плохой сервис и ужасный асфальт... Всё это вместе так и кричало: «Летите самолётом! Здесь вам делать нечего». И правда — даже в часы пик на Саут-Роуд не было пробок.
А уж в раскалённые рабочие будни здесь вообще трудно встретить машину. Хотя, нет, вот одна — серебристый «мерседес» со слегка помятой правой дверцей быстрее ветра мчится по вязкому от жары асфальту прочь от «столицы мира» к столице Америки. Нашелся-таки безумец...
Впрочем, я снова не прав. В машине сидели трое. Но нормальными их никак не назовёшь.
— Бибоп! — человек на месте водителя обернулся назад, — быстро свяжись с Кренгом! — Сию секунду, босс! — визгливый голосок сзади хихикнул, — как скажете.
— Придурки, — прошипел водитель, вновь сосредотачиваясь на дороге. Лицо этого человека от глаз до подбородка закрывала блестящая металлическая маска. Голову украшал тяжелый хромированный шлем. Открытыми оставались только холодные пустые глаза, буквально источающие злобу. Впрочем, черный обтягивающий костюм этого человека вполне подходил и к его маске и к ледяным провалам глаз. Локти, колени, плечи и запястья закрывали стальные щитки, буквально ощетинившиеся острыми шипами. Полуденное солнце играло на этом металле, разбрасывая во все стороны яркие блики и ослепляя двоих пассажиров на заднем сиденье. Но эти двое выглядели ещё более странно, чем водитель. Тот хотя бы был человеком. А то, что сидело сзади, людьми можно было назвать лишь отчасти. У обоих существ были руки, ноги, мускулистое туловище и голова. Но на этом сходство с людьми заканчивалось. Тот, кого человек в маске назвал Бибопом, имел клыкастую морду кабана, а его сосед — морду носорога. Всё это, к тому же, было украшено огромным количеством различных панковских штучек — колец, цепочек, стреляных гильз. Глазки Бибопа закрывали узкие очки-полоски, по доллару за штуку, на голове нелепо торчал ярко-синий гребень, потрепанная куртка имела больше дырок чем материи. Существо перекидывало по пасти сигарету и попыталось что-то достать из-за пазухи. Его сосед, по имени Рокстеди тоже курил, блаженно развалившись на сиденье и закрыв глаза. Из его ушей торчали наушники, хрипящие тяжелым хард-роком. Одет он был в ни менее старую футболку цвета хаки и огромные штаны с кучей карманов. Через плечо была перекинута обойма пуль для автомата Калашникова. На коленях Рокстеди держал странный аппарат, похожий одновременно и на спутниковую тарелку и на микроволновую печь. Выглядела эта штука в такой компании более чем неуместно.
— Бибоп, ты скоро? — снова хрипло вскрикнул водитель, в этот раз даже не обернувшись.
— Всё готово, босс, — мутант-кабан протянул человеку в маске розовый аппарат странной асимметричной формы. Не отрываясь от дороги, тот выхватил его и поставил на приборную доску. Это оказалась видеорация. На небольшом экранчике виднелась странная картина — студенистое желе грязно-розового цвета с двумя отростками- щупальцами, огромным ртом с острыми треугольными зубами, и плавающими безумными глазами тёмно-синего цвета. Похоже, это было живое существо.
— Кренг, всё получилось, — человек в стальных латах хрипло усмехнулся, — Био-Замедлитель у нас. Через несколько минут будем в Нью-Пауэр.
— Молодцы, ребята! — желе гнусаво засмеялось брызгая слюной, — ещё немного и планета наша! Я немедленно начну подготовку к телепортации! Удачи!
— Она нам не понадобится, — человек в маске выключил рацию и не глядя кинул ее назад. Громко ойкнул Рокстеди - пластиковая коробка, угодила ему точно между глаз.
— Вытаскивайте пушки, тупицы! — прикрикнул на мутантов босс, — нас ждет работёнка!
И человек в железных латах хрипло расхохотался. Человек по имени Ороку Саки, но больше известный как Шреддер...

***

Уже меньше чем через минуту серебристый «мерседес» свернул с Саут-Роуд и взял курс на темнеющие вдали три огромных корпуса Нью-Пауэр — одной из крупнейших атомных электростанций Америки. Именно здесь, по плану Кренга, должна была пройти финальная часть по захвату города.
Визжа протекторами, «мерседес» протаранил хлипкий проволочный забор и на полной скорости влетел на территорию станции. Что-то крича и доставая на ходу оружие навстречу бросились охранники. Но Шреддеру на это было наплевать. Не снижая скорости, он уверенно вел машину к главному терминалу. Раздались выстрелы, одна из пуль пробила лобовое стекло в опасной близости от головы Ороку Саки. Но он даже не обернулся.
— Рокстеди, за дело!
Мутант послушно выхватил из-за пояса бластер и начал прицельно стрелять в бегущих вслед за машиной охранников. Тем временем «мерседес» с захватчиками вылетел с газона на подъездную аллею и примчался прямо к стеклянным дверям главного корпуса. Внутри засуетились люди...

Глава №4. Ситуация проясняется.

Помещение больше напоминало склад или подземный бункер, но уж никак не уютное жилище. Я огляделся — тяжелые массивные стены, каменные пол и потолок, едва освещаемые четырьмя тусклыми торшерами по углам. В центре зала лежал полумрак. На полу расстелены старые потрепанные циновки, справа на стене висит уличный телефонный аппарат, видимо из ближайшего таксофона. На этом меблировка заканчивалась. Зато в каждой стене я заметил по огромному темному провалу, соединяющему это помещение с соседними.
«Мы в коллекторе», — догадался я, пока глаза привыкали к полумраку комнаты.
— Вот здесь мы и живем, — Рафаэль, похоже, взял на себя роль гида, — пойдем, я познакомлю тебя с учителем Сплинтером. Он ответит на все твои вопросы.
— А кто это? — я старался не отставать от Черепашек и Эйприл, но при этом разглядеть все вокруг. Так, похоже, провалы в правой и левой стенах ведут в спальни Черепашек, а в передней — в небольшую комнатку с диванчиком. Именно туда все и направлялись. Но только войдя внутрь я смог, наконец разглядеть её во всех подробностях. Всё тот же полумрак и подслеповатые торшеры в углах, старенький потертый диван розового цвета, не менее старые кресло и маленький телевизор на тумбочке перед ними — вот, пожалуй и всё. М-да, жилище Черепашек не производило впечатление богатого.
Заслышав приближающиеся шаги, с дивана поднялся тот, кого Черепашки и называли Сплинтером. Это была огромная крыса с тёмно-бурой, местами уже серой шерстью, гибким длинным хвостом и умными проницательными глазами.
Старое, засаленное и протёртое кимоно тёмно-бордового цвета лучше всяких слов говорило — перед мной стоял мастер ниндзя.