Телеграм-чат  
  Черепашки-ниндзя   Фан-зона  Фан-фики   Коридор Шелл-Линь
   Сегодня, 20:51  
Коридор Шелл-Линь
Донателло глубоко, размеренно вдохнул, укрощая бешеный ритм сердца. Запах вековой пыли, сырости и перегретых плат забивал ноздри. Перед ним в полумраке уходил вдаль тридцатиметровый тоннель, выложенный массивными шестиугольными плитами из темного камня.

Монастырь Шелл-Линь. Древняя цитадель в горах Шелри-Ла.

Далеко внизу, за перевалом, остался ленивый мегаполис. Там сонная бюрократия рептилий обживала купола-панцири, а улицы тонули в сиреневом мареве ночных иллюминаций.

Но Донателло прилетел не ради туризма. Его вела цель — скрытый в подземельях архив, узел забытых технологий. Местные носители, канувшие в лету, хранили секрет «живого камня». Древние мастера умели заставлять кремний срастаться после ударов — этот редкий эффект полностью исчез в поздние, суровые времена.

Старейшины проявляли непреклонность: архив скрывался в подвале, который века назад перестроили в герметичный бункер. Тогда вселенную лихорадило от набегов из враждебных измерений — неисследованных, темных областей космоса, откуда в обитаемые миры регулярно просачивались банды мародеров, икс-мигранты и другой хищный паразит.

Секретные знания закрыли от галактических расхитителей надежным замком — коридором обители Шелл-Линь. Чтобы выторговать право спуститься, Донни провел четыре месяца, отбивая колени на холодных плитах, заучивая трактаты о безмятежности и сдавая изощренные теоретические экзамены по высшей механике древних.

Но теория кончилась. Впереди ждала чистая, первобытная практика, где цена ошибки выходила в одну земную жизнь.

«Где эта плита? Только бы не ошибиться...» — как заклинание пульсировало в голове. Пальцы крепче сжали верный деревянный шест. Донателло находился далеко не в идеальной форме: технические изыскания и научная специальность слишком долго отвлекали его от изнуряющих тренировок. Сейчас он напоминал выпускника, который на ходу пытается припомнить сданный много лет назад экзамен. Прошлые воинские дисциплины уступили место чертежам и паяльнику, отчего в рефлексах наблюдался некоторый, пугающий сейчас недовес. Но в этом коридоре его главным оружием становился мозг.

Донни сделал первый шаг, ювелирно перенося свои девяносто килограммов на крайнюю левую плиту.

Щелк.

Где-то глубоко в стенах со скрежетом повернулись тяжелые балансиры. Память судорожно вывела перед глазами строчки со старого свитка: «Даже сам мастер, придумавший чудовищные механизмы, погиб бы, забудь он шаг». Донателло точно знал: этот коридор проектировал гений. Случайные ловушки отсутствовали — каждая плита под ногами служила физическим триггером, запускающим смертоносное домино.

Второй шаг. Вес на правую лапу. Чуть сместить центр тяжести назад, компенсируя массу панциря.

Воздух над головой со свистом разорвало. Из узкой пазовой прорези в потолке с грохотом рухнул тяжелый титановый пресс, выбив искры из камня в дюйме от его носа. На щеку брызнуло с острым химическим запахом графитовое масло.

Донателло не обратил внимания на жгучий ожог. Он замер, превратившись в монолит, как учили старые мастера Шелл-Линь. Внутренний секундомер отсчитал: три, две, одна. Пресс с шипением пополз вверх.


«Следующая плита — пустая. Но наступать нужно строго на её геометрический центр, иначе сработает боковой сегмент».
Донни мягко переставил ногу. И в этот момент тело подвело. Накопленная за месяцы медитаций усталость отозвалась резкой судорогой в бедре. Лапа дрогнула, соскользнув на пару дюймов к краю.

Клац!

Система расценила это как вторжение. Из темноты впереди с безумным нарастающим гулом вылетел спаренный зубчатый диск, выжигая воздух краем с лазерной заточкой. Диск шел на уровне горла, перекрывая всю ширину тоннеля. Бежать назад нельзя — плиты позади уже встали на боевой взвод. Уклониться? Не успеть.
Биология рептилии сработала быстрее разума. Донателло сгруппировался, с хрустом втягивая голову и конечности внутрь панциря, и рухнул на каменный пол.

Вжжжжжжиу!

Искры от бешеного вращения металла ожгли спину. Диск с воем пронесся над ним, срезав верхушку оружия и оставив глубокую, дымящуюся борозду на карапаксе. Запах паленой кости мгновенно заполнил коридор. Донни задыхался. Ловушка улетела дальше, но расслабляться некогда: плита под его животом уже начала медленно вибрировать. Под весом тела активировался термический клапан. Пол стремительно превращался в раскаленный гриль.

— Думай, Донателло, думай! — прохрипел он сквозь зубы.

Время для грациозных прыжков ниндзя вышло. Он не Лео и не сможет перелететь этот сектор. Но он инженер.
Донни резко выкинул вперед уцелевший обрубок оружия, намертво заклинив его между стыками следующей, безопасной плиты и стеной, создавая искусственный рычаг. Опершись на него всей массой, он рванул тяжелое тело вперед, буквально перекатываясь через опасную зону в самый последний миг, когда из-под пола с ревом вырвались струи синего плазменного огня.
Удар о землю вышел жестким. Из легких вышибло воздух. Колено отозвалось острой болью, но Донателло уже сидел на кортах, судорожно вглядываясь в узор оставшихся плит. До финиша — три шага. Самых сложных. Три шага, где половицы лежали в шахматном порядке, а противовесы на стенах уже вибрировали от перегрузки, готовые обрушить весь потолок этого древнего крыла монастыря.

«Пятая справа. Седьмая слева. И прыжок на финишную черту».
Он вытер кровь и пот со лба. Пальцы сжали обрубок шеста.

Шаг. Слева сработал арбалетный залп, беззвучно прошив воздух там, где секунду назад находилась его тень.

Шаг. Справа глухо хлопнул вакуумный затвор, едва не утянув в вентиляционную шахту.

Финальный рывок. Донателло оттолкнулся здоровой ногой, вкладывая в этот прыжок все остатки сил, панцирем вперед пролетая последние два метра.

Ба-бах!

За его спиной сработал финальный триггер. Коридор Шелл-Линь схлопнулся — монолитные гермозатворы с железным хрустом опустились в пазы, отрезая тоннель от внешнего мира. Полная темнота.

Донателло лежал на животе, тяжело и хрипло дыша. Планшет на поясе тихо пискнул, уловив сигнал из глубин. Панцирь горел от трещины, колено опухало. Он щелкнул выключателем фонарика.
Перед ним, в глубоком подвале, уходящем вниз, мягким зеленым светом мерцали древние серверные стойки. На экране старого терминала медленно бежали строчки технических архивов — награда, которую он столько предвкушал.

Донателло слабо улыбнулся, садясь на холодный пол и вытягивая травмированную ногу.

— Каблуи... — тихо прошептал он в пустоту подземелья, вспоминая Керму — своего первого знакомца среди местных.

Дисплей мигнул зеленью, прогружая корневой каталог. Теперь — мнемотехника: сороказначный пароль на монастырском эсперанто, три века назад вышедшем в небытие.
   Сегодня, 21:04  
Да! Осуждайте автора за вот это "на кортах". А куда деваться от блатолизации языка? сам в шоке!
Здесь присутствуют: 2 (пользователей: 0 , гостей: 2):