Черепашки-ниндзя   Фан-зона  Фан-фики   Воспоминания
   13.03.2018, 18:43  
Элементарно
Итак, после долгих праздников, после своевольной отлучки музы, после множества приключений реального быта, часть таки родилась.
В каждом абзаце есть комментарий мужа или его незаметное влияние. Именно он помог с юмором тогда, когда я слишком концентрировалась на логике.
Эта часть давалась тяжело именно из-за вплетения деталей жанра.

Стилистика может кого-то сбить с толку, но впервые, рассказчиков двое. Этому есть причины.
Внешность второму рассказчику подарила Оливия Уильямс -
Нажмите на изображение для увеличения
Название: dollhouse-34-olivia-williams-dvdbash2 (2).jpg
Просмотров: 1
Размер:	215,4 Кб
ID:	128314

Спасибо:
- мужу, которого смело можно считать соавтором этой части;
- Агате Кристи за её персонажа Эркюля Пуаро и развитие жанра детектива;
- Иоанне Хмелевской, которая подарила миру произведения в жанре "ироничный детектив".
_______________________________________

Элементарно

Записки Л.Б.

Мрак тумана наполнял улицы пригорода викторианского Лондона. Трое неизвестных несли интересного рода добычу в своё логово. Не иначе как сорвавшееся ограбление, было отмечено сегодня судьбой поощрительным призом.
— Давай допросим… — говорил один, явно тяжёлым, нечеловеческим голосом.
— Нет. Давайте съедим! — предложил другой, ехидно улыбаясь, но поощрительному призу было явно не до шуток.
— Мы не будем никого есть. Тащите ЭТО сюда, тут хотя бы свет имеется. — третий голос явно принадлежал лидеру и казался более человечным, нежели первые два.

Наконец добыча увидела свет. Тусклый свет фонаря прорезался, сквозь толщу тумана, освещая три фигуры. Негодяев было и вправду трое. Один — пожилой мужчина, который, не скрывая своего лица, склонился над одинокой хрупкой женщиной, что трусливо заворачивалась в плащ, в котором её притащили сюда двое громил. Их силуэты были обращены в длинные безликие плащи, которые скрывали непропорционально большие тела. Носили ли они огромные ранцы под верхней одеждой, в которых прятали своё ужасное устройство или это были уже не люди? Фантазия жертвы играла против неё самой. И что бы могла сделать она против них троих. Хрупкая девушка, приятной наружности, с изящной формой лица, каштановыми волосами до плеч, красивыми губками и сияющим страхом в синих глазах?
Теперь же они похитят её личность? Кем она станет? Очередной жертвой, которую завтра привезут в Скотланд-Ярд, не забыв упомянуть в каждой невзрачной газетёнке…

Лидер медлил. Он что-то изучал в ней, жужжа около лица неизвестным предметом.
— К чёрту! — разорвал тишину один из громил, снимая капюшон. — Давайте сожрём её!
— О, Господи! — вскрикнула жертва. Паника, монстр, тьма.

***

— Она явно потеряла сознание, Микеланджело, — сердито сдвинул брови Доктор. — Это была плохая шутка.
— Но Док… — начал было оправдываться оранжевобанданный.
— Нет, Майки. Ты напугал. Ты теперь её и потащишь, — перебил брата Раф.
— До самого поместья, — добавил галлифреец.

Глаза Микеланджело засветились от услышанного. Ему понравилась идея нести девушку. И не просто девушку, а самую настоящую красавицу. Теперь и он сможет почувствовать себя как Лео, который нес Оливку, как некий хрупкий трофей. Была лишь одна важная деталь.

— Но нас увидят, — ляпнул черепаха.
— Точно! — воодушевился Доктор. — Именно поэтому я не отослал экипаж, — повернувшись спиной Доктор пошел в направлении обозначенного транспорта.
Майки и Раф переглянулись. Старший пожал плечами и пошел следом.

— А она точно не проснется раньше времени? — спросил краснобанданный, когда карета, уже ритмично покачиваясь, направлялась на Патерностер-роу.
— Не проснется, — спокойно ответил галлифреец и, наклонившись вперед, обхватил голову незнакомки руками.

Пару секунд казалось, что мужчина провалился в транс. Он начал казаться его спутникам каким-то ненатуральным и неживым. Но лишь пару мгновений, а потом он просто откинулся и вздохнул.
— Состояние продлится час. Этого достаточно.
У черепах сейчас не было желания задавать вопросы. Каждый уставившись в окно обдумывал что-то свое.

Микеланджело пытался мыслить рационально, глядя на то, как сосредоточен Доктор и как напряжен Раф, но ему это получалось не просто. А точнее не получалось от слова совсем. За последние несколько часов он повидал столько нового. Чешуйчатая Леди, приятная Горничная, Дворецкий с маниакальной жаждой разнести что-нибудь. Эти новые друзья вызывали у весельчака бурю эмоций. Поэтому он и улыбался всю дорогу. Кроме того появление новой красавицы во всей этой загадочной истории здорово подогревало интерес. И если мутант не знал, как ведутся расследования, то он мог без зазрений совести положиться на интеллект Доктора.

Рафаэль прокручивал события, произошедшие за несколько последних часов. Что-то во всем этом было дико неправильно. Не считая их самих, события в Лондоне вызывали тревогу. Кто-то использовал людей как материал для опытов. Это было возмутительно и требовало срочного вмешательства. Но Доктор вел себя слишком спокойно и не спешил активно действовать. Почему они не ворвались в дом и не проучили всех негодяев? «Доктор так похож на Лео!» — думал мутант. — «Тот тоже не спешит вмешиваться.» Как же это бесило молодого темперамента.
С другой стороны команда смело могла рассчитывать на чутье и силу Рафаэля.

Доктору понадобилось немного времени, чтобы отойти от погружения в чужой спящий разум. Всего-то требовалось повернуть один маленький выключатель, чтобы девушка поспала дольше. Как когда-то сказала Мария-Антуанетта «Дверь открывается в обе стороны». Это действительно так. Проекция собственных образов проникла в голову девушки, создавая нужный эффект. А спящий разум, не будучи готов ко вторжению, и вовсе не понял, что кто-то побывал в гостях.
Из увиденного Доктор мог понять совсем мало. Образы реальности, смешанные в причудливом коктейле страхов и предрассудков незнакомки было сложно однозначно интерпретировать. Это как и конкретные лица, запахи, цвета, вкусовые ощущения.
Непосвященному и нетренированному существу однозначно стало бы плохо от такого круговорота. Но из ментального контакта стало ясно одно — девушка имеет отношение к делу.


Записки Л.Б.

Когда сознание вернулось, девушка обнаружила себя внутри просторного уютного дома, а возможно даже поместья. И хотя вся атмосфера была пропитана гостеприимством, чувство тревоги не покидало её. Воспоминания о монстре, с улыбающейся зелёной мордой и жаждущего её съесть, облило холодной водой по всему телу. Что же произошло пару часов назад? Было ли поместье убежищем или это было логово тех ужасных монстров? Фантазия продолжала играть против своей хозяйки. Все инстинкты обострились, особенно это коснулось инстинкта выживания. Мозг утопил в адреналине зачатки нарастающего страха, и девушка набралась смелости подняться с кровати. Первое, к чему она бросилась — это окно. Второй этаж. Падение с переломом — это не совсем то, что было сейчас нужно. Девушка оглянулась в поисках чего-то, что можно использовать для побега.

Внезапно в комнату вошёл другой монстр, который больше походил на уродливого человека-карлика с противной головой и ненормально широкой шеей. Жуткое создание было одето как дворецкий во фрак. Оно вошло в комнату и остановилось в центре.
— Мэм, оставайтесь на месте. — начало говорит существо, достав из-под пиджака нечто, похожее на ружьё. — Иначе я буду вынужден применить к Вам парализатор четвертого уровня!

Вот оно! Похоже это и есть тот злосчастный прибор, который все ищут. Но что же теперь с ней станет, она забудет саму себя, как остальные жертвы?
Отсутствие страха и желание выжить любой ценой толкнуло девушку на одно самое верное в таком случае решение — попытку бегства. В результате из пушки вырвался разноцветный сгусток энергии, который настиг убегающую цель на самом пороге.

***

Спустя несколько мгновений на ступенях появилась Дженни, которая услышала крики.
— Стракс! Так с гостями и свидетелями не поступают! Положи её на кровать.
— Попытка бегства карается параличом, — невозмутимо ответил клон из Сонтара. — И потерей сознания, — добавил он с такой гордостью, будто совершил подвиг. — Кажется, четвертый уровень — это многовато для такого хрупкого и бесполезного существа.
— Можно было просто её поймать, — Дженни в чувствах начала жестикулировать. — Зачем бедняжку доводить до бессознательного состояния? За пару последних часов это уже третье…

— Наш медик решил лично поприветствовать гостью? — бесстрастно спросил Доктор, который бесшумно подошел к спорящим жителям поместья. Он с интересом рассматривал открытое окно гостевой спальни, где когда-то и сам имел честь побывать.
— Он выстрелил в неё паралитическим лучом, — с укором выговорила девушка указывая на сонтаранца.
— Это было тактически необходимо, сэр! — дворецкий выпрямился по стойке смирно.
— Ах, Стракс, уйди отсюда, — вздохнул галлифреец и махнул рукой. Доктор закрыл окно, чтобы холод наступающего утра не привел к неутешительным последствиям для гостьи в виде простуды или воспаления легких.
— Есть сэр! — ушел куда-то вниз по ступеням дворецкий.
— Доктор, что будем делать?
— Ждать, когда проснется это создание. Лично.

Галлифреец и девушка остались в комнате. Обоим стало понятно, что лучше лично присутствовать при следующем пробуждении гостьи, покуда она не может адекватно воспринимать представителей прочих видов.


Записки Л.Б.

— Добрый вечер. Я знаю, что Вы напуганы и не понимаете, что с Вами происходит, но уверяю, что ничего плохого не произойдёт. — голос мужчины был ровным, успокаивающим. Его внешний вид явно указывал на почтенный возраст, а поведение свидетельствовало о статусе. Тем не менее он держал предмет, похожий на ручку, который издавал странное жужжание.
Незнакомка недоверчиво посмотрела на старика. Он представал в её глазах, как глава шайки. Девушка решила, что если и говорить, то как раз именно с ним. Если она до сих пор чувствует себя собой, то, возможно, она ошибалась.

— А что может ещё случится, когда сначала монстр-переросток завернул меня в плащ, пытаясь съесть, а затем уродливый коротышка применил какое-то оружие? — обида вырывалась из уст гостьи и никак не хотела остановиться.
— Позвольте принести наши извинения. Микеланджело — любитель шуток и страшилок, а Стракс просто плохо воспитан. — Доктор продолжил говорить в спокойной манере. — И да. Они не люди, но и не жуткие, и, уж точно, не монстры. Каждый хорош и прекрасен по-своему, — не делая никакой паузы мужчина продолжил, — Это Дженни. А меня можете называть Доктор.
— Доктор? Доктор кто? — удивилась гостья.
— Просто Доктор, — отрезал старик.
— Хорошо, Доктор. Так где я? И почему у меня ощущения пленницы? — сердито проговорила девушка.
— Очевидно это из-за сонтаранского приветствия, — мужчина улыбнулся, — Хорошо, что он не бросил в Вас гранату. Как Вас зовут и какое отношение Вы имеете к особняку?

Странная манера старика быстро менять тему разговора без пауз и остановок пока была гостье в новинку и вызывала непродолжительный ступор.
Незнакомке совсем не хотелось связываться с подозрительными типами. Она потеряла надежду, когда детективы Скотланд-Ярда ничего не нашли в её доме. А за отсутствием очевидных улик те вовсе перестали надлежаще выполнять свою работу.
Сейчас появился призрачный шанс, что кому-то не наплевать на жуткие события, происходящие в Лондоне и окрестностях. С одной стороны появление заинтересованных заново зажигало надежду, но с другой — тревогу. Вдруг это кто-то из негодяев устроил охоту на неё? Возможно, единственную, способную хоть как-то разобраться в ситуации.

***

Гостья сидела на кровати в заметно напряженной позе, с ногами на постели, прямой спиной и сжатыми кулаками на коленях. Девушка была одета в мужскую одежду, характерную для рабочего класса, которая состояла из брюк, рубашки и жилета. Остальная часть маскировки потерялась, когда она сопротивлялась Рафаэлю. Парик и шляпа-котелок давно слетели с головы. Такая же судьба постигла накладные усики. Плащ висел на спинке ближайшего стула. Если принять во внимание потерянные предметы, то девушке весьма неплохо удалось изобразить молодого человека.

Темные, густые и вьющиеся волосы свободно падали на плечи и отлично подчеркивали лицо. Оно было прямоугольной формы с овальным подбородком и высоким лбом, что вместе со светлой кожей красноречиво подчеркивало аристократичное происхождение девушки и амбициозность. Темно-синие глаза, как признак настойчивости и некой неискренности, бросали недоверчивые взгляды по сторонам. Несмотря на манеры и этикет, девушка не боялась встречаться со взглядом собеседника, что говорило о решительности и упорстве. Почти миндалевидная удлиненная форма глаз напоминала львиные, что свидетельствовало о здравом уме и рассудительности. Густые, изящные, в форме полумесяца брови выдавали мягкость и общительность девушки. Прямой длинный идеальный нос характеризовал его обладательницу, как спокойную, терпеливую и любопытную натуру. Плотно сжатые губы означали мужественность и уверенность, а их красивая и тонко прорисованная форма с загнутыми вверх уголками — оптимизм и чувство превосходства.


Записки Л.Б.

Девушка вздохнула, продолжая сидеть на кровати:
— У меня ведь небольшой выбор правда?
Мужчина и другая девушка, молчавшая до этого, непонимающе переглянулись.
— Ладно. Я следила за этим поместьем.
Сказанное возымело эффект, так как глаза старика зажглись неподдельным азартом. «Так и знал!» — читалось в них.
— Так и знал! — выкрикнул Доктор, что вызвало улыбку у незнакомки, так как ей было приятно предугадать реакцию собеседника.
— А как Вас зовут, мэм? — участливо поинтересовалась Дженни. «Кто она? Его дочь, внучка или помощница?» - думала девушка.
— Лара Брэдли. Я дочь Альфреда Брэдли, — гордо ответила гостья. — Вы его не знаете? — разочаровано спросила она, увидев по реакции, что имя отца людям незнакомо. — Он же ученый Королевкого общества. Вы действительно не знаете?
— Никогда не слышал, — с непроницательным выражением лица ответил Доктор.
— Как же так? — плечи девушки опустились.
— Простите, если мы Вас обидели мисс Брэдли. Мы, возможно, просто принадлежим к другому кругу общения. Уверена, что в научном обществе Ваш отец широко известен. - в голосе Дженни звучали ободряющие и примирительные нотки.
— Нет, это не так. — Лара подняла глаза на собеседницу. — Мисс Дженни…
— Скорее миссис… — поправила девушка улыбаясь, чем вызвала волну удивления у гостьи. — А лучше просто «Дженни». «Она что шутит?» - с удивлением мысленно спросила себя Лара Брэдли. Хорошо, что она умела вовремя держать язык за зубами.
— Дженни, я надеялась, что в других кругах об отце хоть кто-то знает. Я ошиблась. Его идеи настолько ушли вперед, а общество застряло между жаждой следовать установившимся традициям и стремлению осуществить научный прорыв. Любые изобретения воспринимаются как что-то ненормальное. А самих ученых часто считают сумасшедшими.
— Именно такой критике подвергся Ваш отец? — спросил старик.
— Да. Ему не посчастливилось попасть к числу именно таких «безумных» гениев, — Лара опять вздохнула.
— Чем же он занимался?
— Изучал человеческий мозг и устройство личности, — гостья принялась теребить край одеяла.
— Это означает, то он имел дело как с мертвыми, так и с живыми…
— Да.
— Но кто бы решился участвовать в опытах? — поинтересовалась Дженни.
— Тот, чьего мнения не спрашивают, — ответил Доктор, а мисс Брэдли утвердительно кивнула, — Сумасшедшие и заключенные.
— Все верно.
— Неудивительно, что Ваш отец не был на хорошем счету у чистоплотных толстосумов из общества Бёрлингтон-хауса на Пикадилли-стрит, — голос Доктора был несколько раздраженным.

Странный человек в странной одежде не казался Ларе Брэдли опасным. Первое, что заметила девушка — это его густые брови, тяжелый взгляд голубых глаз, кудрявые седые волосы, тонкие губы и шотландский акцент. Его гордая осанка могла служить показателем принадлежности к аристократии Лондона. Возможно это и стало причиной доверия к нему. Доктор казался чужим в этом времени. Одежда и странное устройство говорили об этом в первую очередь. Пиджак невиданного покроя, дивный воротник рубашки, необыкновенные туфли — эти вещи не принадлежали теперешней моде. «Может Доктор иностранец? Из Америки или из Европы? А те монстры какие-то аборигены?» - подумала Лара.

Дженни хотя и была одета не в платье, но в её внешности читалось что-то близкое. Собранные на затылке волосы, красивый овал лица, выразительные карие глаза и улыбчивые губы. Английские черты лица и удивительные манеры очень резко контрастировали на фоне Доктора. Именно поэтому не сразу можно было заметить непривычный для женщины наряд. Коричневые штаны мужского покроя, белая рубашка и синий жилет. «Чем же она занимается, если переодевается мужчиной?»

— О, наша гостья проснулась, — сказала женщина заходя в комнату. Про пол можно было судить по голосу. Но в нем были какие-то странные шипящие звуки, которые еле улавливались слухом.

Лара повернула голову к говорившей и застыла в безмолвном крике. В обморок она не упала только потому что ей уже начало казаться интересным происходящее. Взору открылось нечто похожее на человека, но им явно не являющееся. Вошедшая была такой же зеленой, как и тот монстр, которого звали Микеланджело. Но в отличие от последнего фигура у женщины была стройная и подтянутая, хотя и скрыта платьем. Кроме этого у неё на голове были отростки-гребни. И лицо, хотя и очень похожее на человеческое, было покрыто чешуей. «Какая-то рептилия…» — здраво рассудила Лара Брэдли, но тут же панически подумала, — «Куда я попала?! Какой-то цирк уродов!». Голубые проницательные глаза не хуже Докторских прожигали девушку насквозь. Казалось, от них просто невозможно скрыться.

Почему мисс Брэдли не убежала? Она отчетливо понимала, что при таком количестве существ ей это не удастся.

— Знакомьтесь. Это Мадам Вастра, хозяйка поместья и моя жена, — представила женщину Дженни. — А это Лара Брэдли.
— Вы хорошо себя чувствуете? — поинтересовалась рептилия, подходя ближе.
— Отлично… — мисс Лару радовало, что свое волнение удалось скрыть.

— Что? — послышался уже знакомый голос. — Так вы женаты?! — обладатель этого голоса тоже вошел в комнату и обратился, по-видимому, к Дженни. — Что ж ты сразу не сказала, красотка? А я…
— А ты глаз положил на неё, да? — зашел второй монстр, заливаясь смехом. Первый повернулся к нему лицом и тем самым показав спину Ларе Брэдли.
Но оба затихли через мгновение, встретившись с неодобрительными взглядами, так как Лара взвизгнула и с ногами забралась на кровать, прикрываясь одеялом.

Видеть два силуэта в плащах было куда более безопасно, нежели лицезреть двух больших черепах. «Куда же я вляпалась?!» — мысленно вопила девушка. Один из монстров был мельче второго и лишь немногим выше самой Лары, а второй был самым высоким из всех. «Так, значит, это были не ранцы…» Лица монстров были похожи на человеческие, но без выраженного носа. Кроме роста, двух черепах друг от друга отличали еще пара признаков. Тот, что выше был обладателем зеленых глаз и красной повязки, а тот, что ниже — голубоглазый и с оранжевой повязкой.
Удивительно, как странно работал мозг. Будто бы и паника новой волной захлестнула всю сущность мисс Брэдли, но в то же время она подсознательно продолжала подмечать детали.

— Раф, кажется, эта цыпочка вообще боится нас.
— Еще бы! Ты же её сожрать хотел, — продолжал смеяться второй.
— Да не хотел я. Просто подумал, что в нашем времени, таким образом сложно напугать кого-то. Ну разве что маленьких девочек или мальчиков, или пьяного в тёмном проулке. А ту-у-ут… — довольно протянул низкорослый черепаха. — Так много аборигенов, которые вообще не могут нас представить, что я не мог не попытаться. Особенно, после того, как я подумал, что она пыталась тебя убить!
— Майки. Вот балбес-то! — зашёлся великан в смехе.

— То есть это такие шутки, от которых поседеть можно? — истерически спросила мисс Брэдли все еще прячась за одеялом так, будто оно могло спасти ей жизнь.
— Да, совершенно верно! — ответил черепаха-великан, на удивление с довольным выражением лица, — Он не ест людей без сливочного соуса!
— Ой да ладно, — ввязалась в разговор женщина-рептилия, — Из всей нашей компании человечинкой балуюсь только я. — после этого её лицо приняло серьёзный вид. — Все, пошутили и хватит. Что Вы, Лара, делали у того особняка?
— Он показался мне странным. Ведь вас он тоже заинтересовал, — новая тема гостье нравилась куда больше. — Только я в маскировке следила за ним целые сутки. И, к сожалению, ничего необычного.

— Странно, — выдохнул Доктор. — Но хоть ходом мыслей поделитесь?
— Этот дом расположен идеально, чтобы сделать там тайную лабораторию. Он в достаточном удалении от города, — девушка заговорила с выражением, периодически помогая себе жестами, — Он крепок, сносу не подлежит, но заброшен. Никто не станет там искать что-то необычное.
— Но ведь мы стали, — улыбнулся Доктор. — Лара, таких домов предостаточно в Лондоне и окрестностях. Почему именно этот? — мужчина загадочно улыбнулся.
Девушка продолжила молча смотреть. Особо проницательные сразу могли понять, что она что-то скрывает. И этому действительно была веская причина. Лара Брэдли сунула руку под жилет и её глаза расширились.
— Это ищешь? — спросил Доктор вынимая из пиджака сложенный во много раз явно большой лист бумаги.
Еле заметный непроизвольный кивок выдал мисс Брэдли. Но теперь ей все стало ясно. Пока она спала, её обыскали. «Мерзавцы!» — вырвался мысленный протест у девушки. Но, тем не менее, она понимала, что обыск был необходим. У девушки могло оказаться оружие или яд.
— Думаю, что это именно ты проникла в Скотланд-Ярд. Вот почему ты была в Брикстоне. Должен признать, что ты умнее многих, ведь полиция не сообразила сделать то, что удалось тебе в весьма короткие сроки пребывания в штаб-квартире. — С этими словами старик бросил лист на кровать и он раскрылся так, что все могли увидеть место недавней встречи с кучей отметок, сделанных чернилами. — Мы точно так же определили возможное место, где могли скрываться преступники. — потом главарь этой разношерстной компании подошел к окну. Руки он спрятал в карманы штанов и секунду подумав повернулся. Плавным движением вынул из брюк какую-то маленькую деталь. — Вам это ничего не напоминает? — по тому, как он демонстрировал предмет, можно было сделать вывод, что мужчина обращался ко всем в помещении.

— О-о, напоминает, — воодушевилась гостья, взяв вещицу из рук подошедшего к ней Доктора. — Очевидно, это принадлежало папе. Это деталь его изобретения…
— Больше похоже на конденсатор, — нетактично перебил мисс Брэдли старик, но тут же махнул рукой, чтобы она продолжала.
— Он в теории описал прибор, который назвал анализатором душ. Но для постройки такой машины не было ни ресурсов, ни одобрения, ни финансирования, — девушка опустила голову. — Отец рассказывал, что даже если он получил бы одобрение и финансирование, то останется проблема энергообеспечения.
— Грозный прибор, — мужчина скривился и под нос себе добавил. — Хорошо, что без источника питания. — Доктор, вероятно, строил теории в голове. Соответственно он задал очевидный вопрос. — Но что же сподвигло твоего отца? Для таких идей ещё не настало время.

— Он встречался с человеком в маске, с жутким голосом, — опустила голову девушка.
— Что? Кейси проник в прошлое? — попытался пошутить великан, получив неодобрительные взгляды при этом. Его шутку оценил только низкорослый.
— Мы практически в тупике, — хладнокровно произнесла мадам Вастра, — В любом случае нужно наведаться в этот особняк. Но без вас двоих, — взгляд рептилии упал на черепах.
— Я что должен дома сидеть? — взревел зеленоглазый в красной повязке. Кивком Вастра однозначно дала понять, что обсуждать эту тема бесполезно.
— Предлагаю применить дистанционные гранаты выжигающего типа, — ввязался тот, который применил странное оружие. Он все время стоял на пороге, поскольку комната и так была забита существами всех мастей. — Это идеальное…
— Нет, Стракс, — перебила хозяйка поместья, — Ты тоже остаёшься.
— Что значит остаюсь? — воскликнул коротышка — А если вам понадобятся мозговыносители?
— Не переживай, примитивного оружия вполне хватит. И с нами будет Доктор, — произнесла женщина-рептилия. — Карета привлечёт внимание, даже если ты будешь стоять за пять кварталов от того особняка.
— Хорошо. А если вам понадобится мозговыноситель для Доктора? — продолжал упорствовать дворецкий.
— Я тоже против того, чтобы сидеть здесь, пропустив всё самое интересное, — ввязался гигант. «Я все еще не знаю его имени» — поймала себя на мысли мисс Брэдли, — «Хотя нет, Микеланджело же назвал его Рафом.»
— Поддержива… — низкорослый, похлопал громадину по плечу.

— Тихо! Все! — заговорил Доктор, — Если сказано остаться, значит на то есть причина.
— Дорогая, сэр Доктор! — обратилась Дженни — При всём уважении, черепахи и сонтаранец в одном доме могут устроить недельный погром за полчаса.
— Ошибаешься, мальчик, — начал было карлик, но поправил себя, — В смысле, девочка, ты ошибаешься. Сонтаранская Империя разносит целые планеты, управляясь гораздо быстрее.
— Хорошо Стракс, — отрезал Доктор, — Приказываю тебе не выпускать черепах из поместья.
— Есть сэр! — коротышка отдал воинское приветствие, — Слава Сонторанской империи!

Записки Л.Б.

<right>И вот дорога в полумраке, в компании с людьми и нелюдьми, но очень дружелюбными и всё ради того, чтобы узнать правду и найти отца.</right>

Мадам Вастра быстро организовала большой экипаж. Кучером был миловидный молодой человек. По поведению можно было судить, что он отлично знал всех присутствующих, кроме самой Лары Брэдли. Лишних вопросов он не задавал, вел себя спокойно и отлично ладил с лошадьми. Повозка двигалась плавно, без рывков и внезапных остановок.
После дождливой ночи утро встретило группу искателей истины на удивление ясным небом. Солнце уже начало появляться из-за горизонта и его лучи разгоняли мрак ночи, и вязкому туману, верному другу Лондона, пришлось отступить и спрятаться в глубину холодных и сырых подвалов. Дышалось легче обычного.

Мадам Вастра и Дженни расположились на сидении лицом в сторону движения кареты. Ларе пришлось сесть рядом с Доктором. Она была явно не против, хотя компания Дженни была куда предпочтительнее. Мадам Вастра продолжала пугать своим видом, но надетая вуаль хотя бы немного скрывала внешность. Молчание затянулось на пятнадцать минут и все-таки было разорвано мужским голосом:
— Почему твой отец изобрел такое устройство? — Девушка повернула голову и открыла рот, чтобы что-то сказать, но была перебита, — Потеря родных?
— Откуда вы узнали? — ошарашено спросила Лара. Она не переставала удивляться тому, как Доктор угадывал действия или слова собеседников.
— Доктор сделал вывод о нем по тебе и твоему поведению, — ответила женщина-рептилия. — Ты ни разу не упомянула мать, а, значит, она является болезненной темой. Предположительно она умерла. Верно?
— Все так, — мисс Брэдли опустила голову, — Мама умерла из-за неизлечимой болезни. После её смерти отец начал странно себя вести. Он все твердил, что если бы можно было перенести мысли и память человека в другое тело, то так можно было спасти неизлечимо больных. Я не верила, что такое возможно, но поддерживала отца. Он так углубился в свои исследования… — девушка подавила всхлип. — Для него его теория была спасением, понимаете? Я не хотела терять и отца. Он никому не хотел навредить.
— Мисс Брэдли, мы ни в чем не обвиняем Вашего отца, — сказала Дженни и наклонившись положила руку на плечо девушки напротив.
— Я понимаю. Но все эти люди… Они… — слова чередовались всхлипами, — Это тот человек… Мой отец не хотел… он не мог… — дальше речь стала вовсе не разборчивой.

Старик отстранился и промолчал, наблюдая за происходящим.
Дженни продолжила утешать Лару. Для мужчины стал спасением факт того, что экипаж прибыл в нужное место, а именно за пару кварталов того самого поместья, где мисс Брэдли посчастливилось повстречаться с монстрами. Как только карета остановилась недалеко от очередной калитки террасного дома, Доктор тут же выскочил из неё и бросился к интересующему его зданию.

Утро было слишком ранним, а это означало, что в домах уже начинали просыпаться прислуги и, возможно, хозяева. Нужно было быстро попасть на предполагаемое место преступления, дабы не вызывать вопросов. Женская компания нагнала Доктора лишь у входной двери. Мужчина жужжал своим устройством, направив его на замок. Тот щелкнул, и дверь наконец впустила отряд детективов в недра дома.

Записки Л.Б.

На первом этаже находился узкий холл, прямо располагалась лестница на второй этаж, а по обе стороны находились две комнаты. Одна раздвижная дверь вела в гостиную, а другая — в столовую. За лестницей была совершенно неприметная дверь, которая вела в маленькую кухню. В трех комнатах на втором этаже размещались более роскошная гостиная и кабинеты, на третьем были спальни, детская и комната для прислуги. По остаткам мебели можно было легко судить о назначении комнат и о том, что в доме очень давно никто не жил. О последним так же свидетельствовали выцветшие обои.

— Мы навели справки обо всем районе и в частности о доме на Кембриан-роад, — вмешалась мадам Вастра. — Он принадлежал Бертрану Уотерсу. Потом данные весьма расплывчаты. В документах говорится, что у него не было наследников, потому что они все погибли при трагических обстоятельствах, — мадам Вастра провела рукой по стене в поисках потайной двери, но разочарованно вздохнула. Через мгновение она продолжила, — Но и свидетельства о смерти я так и не нашла. Это странно, поскольку родился подозреваемый еще в тысяча восемьсот четвертом году, — женщина сделала паузу и дала остальным возможность переварить полученную информацию. — Потом мне попался документ о дарении собственности. Получателем являлся некий Лирой Ховард. Об этом человеке ничего найти не удалось. Если он до сих пор владеет этим домом, то второй для первого не представляет интерес.
— Совсем ничего о нем не известно? — с подозрением спросил Доктор, отрываясь от разглядывания пола на четвереньках. В полумраке было сложно разглядеть его выражение лица.
— Ничего. Подозреваю, что он может быть связан с чем-то незаконным. Люди так просто не исчезают, — женщина-сыщик вздохнула.
— Либо он, наоборот, примерный гражданин, — вставила свое слово мисс Брэдли.
— Не похоже на правду, — возразила мадам Вастра. — Если бы кто-то получил такой подарок, он воспользовался бы возможностью переехать сюда.
— Но… — девушке не дали договорить бесполезную, хотя и очевидную мысль.
— Лара, Вы же знаете какие в Лондоне проблемы с жильем? — спросила Дженни.
— Знаю. Найти приличное не составит труда, но стоимость превышает все мыслимые и немыслимые границы.
— Позвольте поинтересоваться откуда такие познания? — спросил старик.
— Нам с отцом пришлось поселиться в небольшой квартире из-за его увлечения своими исследованиями, — Лара Брэдли поджала губы.
— Вы осуждаете своего отца? — ледяные глаза женщины-рептилии не моргая смотрели на девушку, жест которой не остался незамеченным.
— Нет, — почти что вскрикнула та.
— А Вы уверены? — спокойный голос мадам Вастры явно говорил, что её обмануть невозможно.
— Я… я считаю, что… — девушка наконец сдалась, - …его исследования могут принести пользу, но лишиться поместья мне было очень сложно. Это был наш дом на протяжении нескольких поколений…

Рептилия лишь сощурила глаза, но больше ничего не спросила, хотя по взгляду было заметно, что ответ ей не понравился. Она покинула комнату и поднялась на второй этаж.

Свою позицию Лара Брэдли так и не назвала. Она не хотела показывать, что работу отца она не осуждает и даже во всем поддерживает. Неопределенный ответ должен был скрыть этот факт, но по лицам компаньонов ей было сложно понять удалось ли это. Девушка понимала, что для достижения своей цели ей нужно быть очень осторожной. То, как Доктор отреагировал на рассказ об испытаниях на людях, можно было судить, что он не одобряет таких действий отца.

— Я кое-что нашла, — донеслось сверху.
Как оказалось, крик донёсся из одного из кабинетов на втором этаже. На одном из пыльных шкафов лежал лист бумаги. Доктор осторожно взял его.

"Если кто-то прочтет это... Времени мало. За мной следят. Меня зовут Альфред Брэдли. Меня выкрали, но дали возможность заниматься настоящей наукой. Сейчас мы переезжаем. Я узнал, что тот, на кого я работаю, сменил имя. Но что это дает? Все равно я знаю только Роя, который приходит поговорить со мной. Он добр. Но никто не заменит мне мою Моринн.
Дом был местом воплощения моей мечты. А теперь мы бежим..."

Дальше, видимо писавший был прерван и затолкал листок на полку в спешке.

Записки Л.Б.

Когда четвёрка уже была на улице, Лара Брэдли спросила:
— Что теперь делать? — улики, а точнее их отсутствие, вовсе убили всю надежду на возвращение отца.
Доктор даже не повернулся в сторону девушки и обратился к старшей из своих спутниц:
— Вастра, скажи, ты ведь оставила тех троих вовсе не потому что они будут шуметь в особняке?!
— Верно, — кивнула рептилия — Там, куда мы должны дальше пойти, они вызовут множество подозрений.
— Мне следует догадаться? — старика обрадовала новая возможность поразмять мозги.
— Попробуй, если желаешь. Я скажу лишь, что они не вписываются и вписываются туда по нормам поведения. — женщина улыбнулась под вуалью.
— Поведение? Да это слишком просто, — разочарованно отвёл глаза мужчина. — Мы идём в лечебницу для душевно больных!
— Браво, — похлопала в ладоши рептилия.
— Прошу прощения. — вмешалась новенькая в отряде сыщиков, обратившись к старику, — Вы не могли бы уточнить ход вашей логики?
— Элементарно Клара… — спутник выдержал паузу, а затем поправил себя, — В смысле элементарно Лара!
После нескольких жестикуляций он продолжил:
— Все трое наших друзей отличаются визуально, но до тех пор, пока они молчат это можно списать на чудаковатость. — мужчина набрал воздух — Моя напарница заявила, что они и вписываются и нет поведением, то есть своей чудаковатостью. Стракс имеет манеру говорить и параноидальную тягу к насилию, в то время, как Майки и Раф носят рюкзак под плащом, что не интересует простых людей и обычных врачей, но обязательно вызовет вопросы у психиатра. Разве это не очевидно? — Доктор обвел взглядом присутствующих с победным выражением на лице. — Предполагаю, что ты, Вастра, задумала это с самого начала. Но мы не могли прийти в психу… — внезапно он замолк, будто подбирая слово, -…больницу рано, потому что прием начинается ближе к обеду.
— Все именно так, — подтвердила рептилия.
— Значит там держат тех… несчастных? — вдруг спросила Лара.
— О, так ты все-таки не настолько пудингоголовая, — Доктор хлопнул в ладоши, выражая свой восторг. В искренности его поведения девушка сомневалась. Ей казалось, что этот человек играет в сложные игры с окружающими. Даже с теми, кто ему близок.
— Что нам даст разговор с ними? Их уже не раз допрашивали, — мисс Брэдли казалось очевидным, что жертвы экспериментов не смогут больше ничего сказать о своих мучителях.
— Лара, их допрашивали в Скотланд-Ярде, но у Доктора другой подход к людям, — потом Вастра повернула голову к окну, демонстрируя этим свое желание прекратить разговор.

***

Сначала обстановка в поместье на Патерностер-Роу была весьма спокойной. Микеланджело увлеченно возился на кухне, пытаясь поладить с плитой и печкой. Рафаэль слонялся по дому, изнывая со скуки. Стракс куда-то исчез ненадолго, но вскоре вернулся. Сожженный рукав фрака свидетельствовал о том, что тот проводил какие-то эксперименты, в стиле оружейников Сонтара.

Такая идиллия продолжалась недолго. Стракс увязался за Рафаэлем, пытаясь просканировать его странным устройством, похожим на ручку с линзами на шарнирах. Любопытство сонтаранца было вполне естественным, но темпераменту поведение дворецкого не нравилось. Терпение Рафаэля лопнуло, и он направился к парадному выходу, накидывая по дороге плащ. Стракс бросился помешать мутанту выполнить задуманное. Стремительно остроты перешли в перебранку, а та — в настоящий раскол.
— Ты, картофельный сонтаранец, меня точно не удержишь! — ревел Рафаэль.
— Зелёное болотное чудище, ещё один шаг и я вынесу тебе мозги, — мерзким протяжным голоском говорил дворецкий.
— Да я тебя в решето превращу раньше, чем ты до кнопки дотянешься, — походило, что мутант вот-вот бросится в драку, — Мой мозг и так уже вынесен твоим тупизмом.
— Спасибо за подсказку, олух, теперь я переведу оружие в режим парализатора, — коротышка будто бы держал ситуацию под контролем. — Думаю ты серьёзней той девчонки и я дам пятый уровень.

Краснобанданный уже кипел вовсю, словно забытый чайник, когда в разговор вступил Микеланджело, прибежавший из кухни на крики.
— Остыньте, бро! Стракс, хозяйка снова не одобрит твоих действий, — он говорил ровно и мягко, будто наконец познал все тайны медитации, — Раф, остынь. Вин Дизель бы сохранял спокойствие.
— Ма-а-айки! — сквозь зубы прошипел брат, сжимая оружие в руках.
— Твоя хозяйка намекнула, что именно я должен принять командование! — отмахнулся карлик.
— Я попробую уладить дело, бро, — так же невозмутимо произнёс оранжевобанданный, а затем повернулся к дворецкому, — Стракс…кажется. А допустим солдат Сонтара не хочет выполнять приказ командира, что тогда?
— Он будет подстрелен, поджарен, расчленён и растворё-ён в кис-ло-те-е-е!
— Ну, а как тогда вы ставите под сомнения действия безумного командира и отстраняете его? — Микеланджело продолжал паясничать, а Раф потихоньку стал остывать, поняв замысел брата.
— Тогда необходимо вызвать командира на честный кулачный бой, — живо воодушевился сонтаранец, — Но проигравший будет подстрелен, поджарен, расчленён и растворё-он в кис-ло-те-е-е!

— Готовься к бою! — крикнул темперамент, откинув саи и приняв стойку боксёра.
— Вызов принят, дегенерат! — Стракс наконец отбросил пушку в сторону.
— Вау! Вы серьёзно? — ухмыльнулся шутник, — Пойду возьму картошку и устроюсь на диване, раз уж чипсов нет. Я приручил адскую печь!

Впрочем, пока оранжевобанданный бегал за картошкой, краснобанданный уже успел провести два сдвоенных удара по противнику и пропустил один прямой в челюсть. Бойцы начали полукруговое движение, присматриваясь друг к другу. Коротышка уступал в росте, но держался молодцом.
Наконец с криками он кинулся вперёд, нанося целый шквал из прямых ударов. От первых нескольких мутант ушёл уворотами, пытаясь провести апперкот по корпусу, но после просто нырнул кувырком за спину противника.
Когда сонтаранец развернулся, его правое плечо уже встречало ногу черепахи. Отбив оба боковых удара Рафа, Стракс ударил прямой левой рукой в пах. Прочный пластрон краснобанданного не позволил почувствовать ничего.
Черепаха выдохнул и начал серию: два прямых в голову, боковой левой ногой в плечо, боковой правой рукой в голову и апперкот левой. Боевой клон под таким натиском отбивал не все удары, в то время, как серии Рафаэля удлинялись, а удары становились всё резче и стремительнее. Прочная броня сонтаранца, спрятанная под пиджак надёжно защищала от грузных ударов по корпусу, но вот удары по голове проходили хорошо. В связи с этим клон принял тактику отскоков и уворотов. Но и тут было не всё гладко. В отличие от Рафа, перекатываться он не мог, а в постоянной защите драку не выиграть. Особенно, когда темперамент начал входить в раж.
Медик решил проводить удары по ногам и топтать пальцы мутанта. Черепаха взревел и, кинувшись на противника, прижал его к земле.
— Сдавайся маломерка. Тебе только раненых таскать! — гордо завопил Рафаэль.
— Сонтаранцы не сдаются! — ворчал Стракс, — И я клянусь звёздными выхлопами, что твой мозг будет вытекать через уши, когда я встану на ноги.
— Вот-вот, только о пушках и речь, а как пушку выпустил — так и сдулся! — темперамент даже начал смеяться, а затем сдвинул брови, — Сдавайся гад, ты повержен.

В этот момент шутник, мирно сидящий на диване и умявший почти всю кастрюлю вареной картошки, начал хлопать в ладоши.
— Браво Раф, теперь ты лидер, — он начал облизывать языком зубы под губами, — Хочешь послушать советы о команде?
— Какой, к чёрту, команде? — выплюнул темперамент.
— О твоей команде, — оранжевобанданный указал двумя пальцами на брата, игнорируя ругательства сонтаранца, — Предлагаю повысить Стракса до эксперта по вооружению.
— Меня? — прекратил ругаться клон.
— Тебя, тебя! — Микеланджело скривил морду, — Так и быть, я буду медиком.
— Сэр, слезте с меня, сэр! — обратился дворецкий к Рафаэлю, который уже начинал заливаться смехом.
— Стракс, нам надо в особняк, гони карету, — продолжил оранжевобанданный, видя, как брат слез с сонтаранца и катается по полу, залившись смехом.
— Молчи медик! — рявкнул клон, — Твоё дело тряпки и пелёнки.
От этих фраз краснобанданный принялся ещё и бить руками по полу.
— Но Стракс… — продолжил Майки в том же духе, — Помнишь ты говорил что-то про Доктора и гранату?
— Да. Доктору могла быть нужна граната, в смысле помощь, — рапортовал клон.
— А теперь представь, что ему всё ещё нужна граната, — оранжевобанданный подошел ближе и выдал самое жалобное выражение лица, какое только мог, — Они попали в засаду, сидят в окружении и им прямо сейчас очень, очень, ОЧЕНЬ нужна граната!
Темперамент продолжал заходиться в смехотворной истерике, а двордцкий задумался.
— Я иду готовить экипаж, через пять минут едем! — отрапортовал Стракс и резво вышел из комнаты.
— Майки, тебе в цирке работать надо, — выдавил из себя присевший Раф, которому с уходом сонтаранца удалось наконец отдышаться.
— Не благодари, брат. Майки всегда готов помочь семье, — оранжевобанданный немного поклонился по-актёрски, не теряя нотки иронии в голосе.
— Ты шут гороховый! — выплюнул темперамент, и братья отправились вслед за Страксом.


Записки Л.Б.

Больница, а точнее приют для душевнобольных, было большим зданием. Вход, оформленный колоннами визуально делил фасад и само здание на правое и левое крыло. Обширная территория была окружена высокой оградой. Перед фасадом разместилась большая клумба с дорожками.

Группу из четырех личностей у парадного входа встретил высокий широкоплечий санитар. Кружевная вуаль мадам Вастры скрывала её настоящую сущность. На вопросы о том, что нужно уважаемым господам, Доктор эксцентрично ответил, что детективы ведут расследование о пропавших людях и, возможно, находящиеся в приюте жертвы могут помочь расследованию. Работник приюта отвел всех в приемную врача, который заставил их ждать около пятнадцати минут.

Потом двери кабинета открылись и появился человек среднего роста. Его возраст можно было охарактеризовать как "за тридцать". В глаза сразу же бросались симпатичные черты лица, а именно выразительные глаза. Лысеющая голова с рано седеющими волосами поблескивала в свете ближайшей газовой лампы.

— Добрый день, мистер… — хозяин кабинета с улыбкой на лице протянул руку старику.
— Доктор, — коротко ответил тот. Его взгляд быстро окинул помещение. — А вы?
— Рой Уорд. Являюсь учредителем приюта и присматриваю за всеми, кто попадает в него. — мистер Уорд сделал приглашающий жест, — Заходите.
— Вы психиатр? — спросила Дженни, переступая порог.
— Да, — ответил хозяин кабинета и владелец приюта в одном лице и поспешно задал ответный вопрос, — Что привело вас сюда?
— Расследование. Возможно люди, находящиеся здесь, помогут в раскрытии дела Скотланд-Ярда,
— мистеру Уорду отвечала уже мадам Вастра.

Пока она говорила, то Доктор подошел к стене с висящей наградой и очень пристально рассматривал её. Он потрогал бумагу пальцем, а потом понюхал и лизнул. «Глицерин» — пробормотал он, но его услышала лишь Лара Брэдли, поскольку находилась слишком близко. Со стороны можно было подумать, что он сумасшедший. Потом Доктор направился к столу. Его интерес теперь пыталась удовлетворить табличка с именем врача-психиатра, но, видимо, безуспешно.

Лара Брэдли не могла не заметить, как упоминание Скотланд-Ярда заставило лицо психиатра посерьезнеть. Но лишь на мгновение, а потом Рой Уорд снова улыбнулся:
— Но полиция уже допросила всех, некоторых даже по нескольку раз. Им не легко пришлось, поэтому не следует беспокоить их еще больше.
— Можно ли считать, что это отказ?
— Ни в коем случае мадам…
— Вастра.
— Мадам Вастра.
— Тогда мы хотим встретиться с ними.
— Как вам будет угодно. Но прошу вас, обдумывайте ваши вопросы. Потерпевших могут слишком сильно травмировать воспоминания об их…
— Похищениях? — нетактично спросил Доктор.
В ответ психиатр лишь натянуто улыбнулся и кивнул, вставая с кресла.

Рой Уорд проводил Доктора и его компаньонов в общую палату в правом крыле здания. По дороге старик задавал вопросы.
— Скажите, мистер Уорд, как ведут себя пациенты Вашей больницы?
— О-нет-нет-нет! Вы не понимаете. Это не больница. Здесь приют для людей с отклонениями. Наша задача обеспечить им оптимальное существование.
— И что это значит?
— Если бывают осложнения, то мы помогаем людям справиться с ними.
— С помощью медикаментов и операций?
Рой Уорд еле заметно вздрогнул.
— Я не понимаю к чему Вы клоните.
— Ни к чему. Не берите в голову, — старик быстро сдался и вышел из конфликта первым.
— Вот мы и пришли, — психиатр открыл дверь и впустил следователей в большую палату, где находились жертвы схожих инцидентов, — Я оставлю вас.

Комната была большая с высокими окнами, выходящими на маленький сквер во дворе. В комнате находилось несколько женщин, которые присматривали за пациентами. Они были одеты в одинаковые бежевые халаты под цвет штукатурки и с чепчиками на головах. Работницы приюта приносили воду и следили, чтобы жертвы похищений не совершили какую-либо глупость.
— Что вы видите? — раздался тихий голос Доктора.
— Ничего особенного, — ответила Лара Брэдли.
— Напрягите мозги! — старик повысил голос, и ближайшие люди обратили на него внимание. Лара Брэдли виновато пожала плечами.
— Количество жертв. Тут их меньше, чем в деле.
— А-а-а, ты об этом, — раздался голос Вастры. — Действительно нет мужчин, утверждавших что они Марибет Бейкер и Дэйзи Элисон, и женщины, которая назвала себя как Отис Бенсон.
— Наконец-то, — недовольно выговорил Доктор, сдвигая брови на переносице. Затем он двинулся к ближайшей работнице приюта с весьма добродушным лицом. — Скажите, где можно найти женщину, которая называет себя «Отис Бенсон» и мужчину, откликающийся на имя «Дэйзи Элисон»?
— Что, проситите? — сначала на лице отразилось непонимание, а потом настоящий ужас. — Вы… вы не можете их увидеть. Они плохо себя чувствуют.
— Тогда позвольте поговорить с женщиной Фрэнсис Такер.
— Она вон там, у окна.
Доктор отправился в указанное место настолько быстро, что Ларе Брэдли понадобилось мгновение, чтобы осознать насколько невоспитанным может быть Доктор.
— Спасибо, мэм. — Дженни, будто ощущая неловкость ситуации, поблагодарила санитарку.

Далее история Фрэнсиса Такера была рассказана снова. Но Доктор обхватил голову женщины и со стороны Ларе казалось, будто он читает её мысли. Потом это действие повторилось с другим пациентом, а потом еще. Для мадам Вастры и Дженни все выглядело вполне обычным, но у мисс Брэдли вызывало множество вопросов. При попытке задать хотя бы один, её остановила сама женщина-рептилия, приказав не вмешиваться.

Вскоре компаньоны Доктора и он сам уже покинули приют. Старик зашел в ближайшую из подворотен и остановился, а потом он начал ходить от стены к стене, обдумывая что-то очень важное. Об этом свидетельствовал рассеянный взгляд и бормотание. Когда взгляд Доктора сфокусировался на компаньонах, он замолчал.
— Что дальше, доктор? — спросила мадам Вастра.
— Ждем когда злодей сделает ошибку.
— А кто злодей-то? — раздался голос мисс Брэдли.
— Вы до сих пор не поняли? Пудингоголовые!
— Нет. — ответила Дженни.
— Рой! Рой Уорд! Он же Лирой Ховард!*¹ В письме, которое мы нашли, говорилось, что виновник этого жуткого преступления сменил имя. Но он не просто сменил, он зачеркнул первые слоги имени и фамилии.
— И вы это поняли только из-за письма? — не унималась Лара, скептически оглядывая собеседника.
— Нет, возможно вы не заметили, но на стене была награда с именем, на котором виднелись еле заметные жирные пятна. Вот так однажды перестал существовать Лирой Ховард.
— Думаешь, он во всем замешан? — обеспокоено спросила женщина-ящерица.
Но Доктор не дал ответа, а просто уселся на какой-то полу сломанный ящик.

***

Через некоторое время «команда монстров» ехала в карете. На улице уже смеркалось.
— Майки, а ты уверен, что он знает, где этот дом?
— Ну, а как же? Доктор, как и мадам, Вастра, не зря доверили ему должность дворецкого. Я читал об этом, у них у всех просто идеальная память.
Тут карета остановилась и через минуту открылась дверь.
— Мы прибыли, — рапортовал эксперт по оружию, — Предлагаю в разведывательных целях применить осколочные гранаты.
— Нет, — отрезал лидер, о да теперь он был лидером, — Мы так можем задеть Доктора и своих. Отгони карету за два-три дома и тихонько подходи к воротам, а мы пока спрячемся в тех кустах.
Кивком сонтаранец дал понять, что приказ принят, а Майки последовал за братом.

Спустя какое-то время, команда была в сборе и все трое направились в дом. Исследовав каждый уголок полузаброшенного особняка, вторая команда сыщиков, тоже не нашла ничего интересного, как вдруг медик остановился у окна на втором этаже и еле слышно проговорил: «Ребята, тише. Кажется, у нас гости!»
— Ты о чём, — тихо проговорил Рафаэль, подходя к брату.

За окном рисовалась следующая картина. К воротам дома подъехал какой-то экипаж, из которого вышли двое, в одеяниях врачей и достали какой-то мешок. Они протащили свою ношу через центральные ворота и стали выбрасывать из мешка что-то массивное.
— Нам необходимо за ними проследить, — зашипел темперамент, — Стракас, где наша карета?
— Сэр, у соседнего дома, сэр! — сонтаранец снова отдал воинское приветствие и все трое стали пробираться к выходу, пытаясь быть как можно менее заметными.
Незнакомцы же скинули что-то массивное и поспешили в свой экипаж. Проходя мимо, мутанты увидели человеческое тело, но уже без признаков жизни.
— Ого. А раньше людей находили просто без сознания, мёртвых ещё не было, — констатировал факт Микеланджело.
— Некогда болтать, Майки, давай к нам.
Наконец вторая карета тоже дёрнулась с места.
— Думаю, что ночью нас не многие увидят. Возможно ты даже сможешь кого-нибудь напугать, — воскликнул Раф уже внутри движущегося экипажа.
— Посмотрим, бро, — радостно поддержал брата оранжевобанданный.

В какой-то момент карета остановилась. Извозчик произнёс: «Сэр, мы их упустили.»
Лидер уже было начал рычать, как Майки неожиданно реабилитировался: «А что если они просто прибыли и припарковались где-то на этой улице?»
— Допустим, — отрезал Стракс, — Может опознавательный напалм?
— Думаю нет, — остановил Стракса темперамент, — Продолжай Майки.
— Они были одеты, как врачи. Давайте поищем медицинское учреждение где-то неподалёку.

Недолгие поиски команды монстров привели их к клинике для душевно больных.
— Психушка. И вправду весьма интересный поворот, даже не подкопаться, — весело заговорил Майки.
— Давайте применим выжигатели мозгов и кинем пару осколочных гранат, прежде, чем туда войти! — продолжил разговор в своей манере сонтаранец.
— Не поверите, но я думаю, стоит вернуться домой и рассказать всё нашим! — проговорил лидер.
— Подожди. То есть, это ты сказал, Рафаэль? — Майки стал весело прыгать около брата, — Наш Рафаэль, вот так вот решил взять и поехать ко всем, вместо того, чтобы вломиться и наподдать злодеям?
— Заткнись Майки.
— Да нет, какой заткнись! У тебя, кажется, приступ Леонизма.
— Майки заткнись по хорошему.
— Да ладно, бро, я шучу.
— Я тоже шучу, — вдруг хищно улыбнулся лидер. — Давай разберемся со всем этим, — и говоривший бросился к высокой ограде, которую ловко перепрыгнул.


Записки Л.Б.

Начало темнеть, но ничего подозрительного не было замечено. Еще через главные ворота выехал какой-то экипаж. Теперь, через пару часов, он вернулся. А еще через небольшой отрезок времени, когда работники приюта закрыли ворота, в поле зрения группы детективов попали три странные фигуры. Одна ловко перебралась через ограждения, выполнив очень красивое сальто в воздухе, оттолкнувшись от перемычек забора. Вторая, видимо, решила переплюнуть первую и, задержавшись в стойке на руках на изгороди, выполнила еще более замысловатое телодвижение, которое сложно было описать словами. Первая фигура шикнула на вторую и пригрозила кулаком. Третья, шипя и фыркая, пыталась перелезть вслед за соратниками, но явно проигрывала в ловкости. Не успели детективы отреагировать, как незнакомец быстро покинул место своего позора.

— А вам не кажется, что это… — начала Дженни.
— Да! Бежим! — воскликнул Доктор, перебегая улицу.

Неудивительно, что рядом с приютом вообще не было прохожих. Район, где он располагался, не был густо населен, хотя и не совсем благополучным. По большей части причиной служило само расположение больницы. Но, кроме этого, жители района не желали выходить в позднее время из дому.

Доктору перелезть через ограду не должно было быть трудным, но для мадам Вастры в платье, это могло оказаться сложным занятием. Лара Брэдли только хотела упомянуть этот факт, как тут наряд женщины-ящерицы резко сменился и под платьем оказались кожаные штаны, корсет с обтягивающей черной блузкой под ним. Дженни и Ларе потребовалось лишь сбросить плащи.

Доктор бросился к ограждению, вместе с Вастрой и Ларой. Дженни быстро направилась к экипажу, унося одежду. Вскоре она нагнала остальных с двумя японскими мечами.
— Оказывается, тут недалеко есть небольшая сооруженная куча из коробок, с помощью которой легко перебраться на территорию, — сказала девушка.
— Да. И, видимо, её соорудил Стракс, — кивнула Вастра, которую восве не удивил факт произошедшего.
— Вот же прогнивший картофель! — выругался Доктор, крадясь под окнами первого этажа приюта и ища второй вход, — Куда они делись?

Ответ оказался прост. Обе групы столнулись буквально нос к носу у непримечательной дверцы в подвал с амбарным замком.

— Доктор? — прозвучал удивленный голос коротышки. «Опять со своим адским оружием... » - подумала Лара.
— Доктор. Вы что тут забыли? — грозно спросил тот, что был в оранжевой повязке.
— Мы следили за каретой негодяев. Те двое были одеты, как санитары и мы решили, что они отсюда, — послышался голос великана.
— И где вы видели этих санитаров?
— В том доме, где нашли ту цыпу, — махнул рукой Микеланджело.
— Вы там были… — Лара прикрыла лицо рукой.
— Они привезли какой-то труп на территорию, и мы проследили за ними.
— Я так и думал. Темные волосы, молодой мужчина с вытянутым лицом? — голос Доктора дрожал, хотя он и пытался это скрыть своим странным жужжащим устройством.
— Ага. Откуда вы узнали? — удивленно спросил Микеланджело.
— Это Марибет Бенсон в мужском теле. Они умирают, Рафаэль. Они все умирают, — обреченно вздохнул старик, и щелкнувший замок оказался в его ладони.

Записки Л.Б.

Сначала подвалы казались совсем недружелюбными, холодными и чуждыми миру живых. Возможно, что из любой из ниш могло броситься какое-то привидение. В городе ходили и продолжали ходить слухи об чудовищных экспериментах над пациентами приютов. Было ли все это слухами, или психиатры на самом деле практиковали зверские способы лечения душевных болезней, но в темноте подвала оживали самые ужасные образы в мозгу Лары Брэдли. Она дрожала и старалась не задерживаться на одном месте подолгу.

Совсем немного времени прошло, хотя они могут показаться вечностью любому существу, испытывающему страх, как группа набрела на спуск вниз. Оказалось, что подвал имел несколько уровней. Свет, который лился из-за поворота, мог означать, что нижний уровень оказался весьма обжитым и что-то там происходило. Доктор выглянул из-за угла и быстро скрылся обратно.
— Что там? — спросила Вастра.
— Развязка всех проблем.

***

Через какое-то время, вся группа увидела установку, состоящая из двух кресел, с консолями, двух фотоаппаратов викторианской эпохи, какого-то чёрного куба и множества кабелей. Рой Уорд стоял около одной из консолей, а его ассистентка около другой.
— На этот раз всё должно пройти идеально. Наш учёный учёл последнюю недоработку.
— Хорошо, сэр, я перевожу сознание в коробку по Вашей команде.
— Хо-ро-о-шо, — протянул психиатр.
— А ну стоять! — резко выбежал Доктор, достав своё жужжащее устройство, — Вы пойманы на месте преступления!
— Чёрт бы Вас побрал, господин Доктор, — ехидничал Уорд, — Наука всегда требует жертв. Сколько было принесено жертв, ради вашего изобретения, признайтесь.

Доктор направил своё устройство на одну из консолей и из чёрной коробки посыпались искры. Затем галлифреец посмотрел пристально на предмет в своей руке и произнёс: «Ни одной! Мы за мирную науку, господа!». Старик наигранно поклонился. Спутники Доктора зашли в помещение.
В этот момент, разоблачённый психиатр быстро дёрнул за какой-то рычаг и сбил с ног галлифрейца. После этого он схватил первого попавшегося из спутников оппонента, заключил в захват и приставил какое-то устройство к виску.
— Я превращу её мозги в кашу! — закричал Рой Уорд.
— Ну зачем же такие крайности? — невозмутимо произнесла Вастра, которая и оказалась захваченной.
— Я разобью твой череп, — скинул с себя плащ Рафаэль и медленно приблизился к психиатру.
— Ты мне ничего не сделаешь, если не хочешь, чтобы твоя подруга пострадала. Откуда у тебя такой костюм? Не хочешь отправиться в театр? — злодей пытался отшучиваться, но понимал, что проигрывает. Краснобанданный медлил.
— Да бей уже его, Рафаэль, в этом времени нет таких технологий, чтобы осуществить то, о чём он говорит. Разве не видишь, что это блеф? — рассердилась Вастра.

К этому времени Доктор и остальные отвязали жертв от кресел и все, кроме галлифрейца направились в коридоры. Доктор же начал жужжать отвёрткой на устройство психиатра.
— Всё кончено Лирой Ховард!
— А вот и нет! — злодей резко оттолкнул от себя заложницу, кинув её на кресло, а другое кресло он схватил и кинул под ноги темпераменту, который бросился в погоню. Однако перед броском кресла, Ховард оторвал консоль и поспешно нажал какие-то кнопки.
Большой разряд электричества заставил Вастру и Рафаэля остановиться и содрогаться.
— Обойдёмся без чёрной коробки. Хотя конечно я так ни разу не делал, но мои инопланетные друзья заверили, что технология будет работать идеально, — после этого злодей решил спасаться бегством, но попал прямо в руки к притаившемуся Микеланджело.
В момент, когда электричество отключилось, раздался громкий сонтаранский крик: «Граната!»

Все моментально направились к единственному выходу из помещения.
— Все к выходу, я держу гада, — предупреждал Майки, который оказался впереди остальных.
— Взрыв обвалит все подвалы, Стракс, ты ИДИОТ! — кричал Доктор.

К счастью у группы детективов было несколько секунд, чтобы уйти от эпицентра взрыва, а затем появилось ещё секунд десять-двадцать, пока потолок в комнате установки не обвалился, создав при этом цепную реакцию, которая стала поочерёдно обваливать все потолки подвала.

Оказавшись на улице все переглянулись.
— А где Лара Брэдли? — удивлённо спросил Доктор.
— Если она под завалами, то ей уже не помочь. Может лучше с этим разберётся Скотланд-Ярд? — проговорил Рафаэль, а затем застыл, охваченный ужасом.
— Если я там и говорю, то где…? — начала было мадам Вастра, а затем упала в обморок.
— Дорогая, — кинулась к ней Дженни.
— Всё в порядке, я здесь, — ответил Раф, — Кажется мы поменялись местами.
— Сработало! — завороженно воскликнул Лирой Ховард.
— Ладно разберёмся со всем позже. Раф, то есть Вастра, неси саму себя к экипажу Стракса. Не думаю, что наш друг из Сконтланд-Ярда захочет видеть огромных черепах. Зато он точно захочет видеть преступника! — Доктор взял злодея, а Дженни его ассистентку и все направились к экипажу.


***

Уже в поместье, Раф в теле Вастры пришёл в себя и начал громко ругаться и шипеть.
— Тише, мой друг, ты должен сдерживать гнев, — сказала ему Вастра в теле Рафа.
— Это почему ещё? — шикнул темперамент в теле силлурианки, изо рта которой вырвался наружу длинный язык.
— Вот поэтому! — воскликнула мадам Вастра губами огромной черепашки, поймав язык своей новой сильной рукой.
— Их теперь надо тащить к Оливке? — удивлённо спросил Майки.
— Как ты угадал? — удивился Доктор.
— Да просто наш спец по оружию взорвал установку, поэтому точно не получится поменять их местами здесь.

— Знаешь, Рафаэль, — стала Вастра шептать на ухо своему телу, — Тебе есть чем похвастаться!
— Прекрати немедленно! — покраснела рептилия.


***

Доктор и Дженни отправились ещё в одно место, поскольку Лирой Ховард указал про инопланетных друзей. Впрочем, их поиски успехами не увенчались, зато галлифреец смог успокоиться, потому что нашёл явные доказательства того, что пришельцы улетели. Лару Брэдли под обломками не нашли, что означало, что девушка жива и здорова. Забавное совпадение, но к концу недели ей сделал предложение Брэд Экхарт, который тоже оказался учёным и очень быстро нашёл общий язык со своим тестем.
_______________________________________
*¹ - Как Лирой Ховард стал Роем Уордом? А весь фокус в английском написании имен. Было имя Leeroy Howard. Потом были убраны первые слоги имени и фамилии и появился Roy Ward. На награде раствором спирта и глицерина были удалены слоги, а "r" и "w" превратить в большие буквы очень легко.

Последний раз редактировалось Lidia-Lada; 14.03.2018 в 10:15.
Спасибо за пост (2) от: Anny Shredder, RussianEmpire
   09.04.2018, 18:03  
Все только начинается
Прошу прощения у читателей, что мое фанфико-писание тормозится. Я болела. Кроме этого занимаюсь оформлением переводов комиксов и меня периодически мучает жажда бисероплетения)

Эта часть рождалась в приступах температуры. Встречаем камео персонажа, который помнится лишь благодаря гениальному актеру.
_______________________________________

Все только начинается

***

— И сколько часов вы тратите на то, чтобы отсканировать образ? — озадачено спросила девушка, глядя на экран, за которым работал один из ученых Виктории Экхарт.
— По-разному. Как правило, несколько часов, — ответила руководительница организации.
— Нет, Виктория. Это не годится. Нужно сканировать не одним потоком и поочередно каждую область мозга, все вместе в несколько потоков. Так будет быстрее и проще.
— Но будет нарушена последовательность, — раздался мужской голос откуда-то сбоку.
— Последовательность воспоминаний при сканировании не важна, — Мира повернула голову и пренебрежительно фыркнула, — Вы в курсе, что такое дефрагментация? — девушка кивнула оппонентам в ответ на их утвердительные покачивания головой и продолжила, — Ваш способ не исключает её. Я бы сказала, что лишь приумножает эффект фрагментирования данных. Самое важное то, что в мозгу образы не идут поочередно и непрерывно, — девушка судорожно выдохнула и вдохнула, — И даже с учетом этого, мой алгоритм исключает ошибки при сканировании. Благодаря вашим многолетним исследованиям мозга и ДНК человека, мне удалось добиться результата. Структура образа позволяет отделять отдельные воспоминания и просматривать их, «склеивать» и совершать другие манипуляции.

Мира вдруг так воодушевилась происходящим, что казалось, будто она забыла, где находится. Галлифрейка почти выложила все, что так было необходимо Виктории, но ей следовало остановиться.

— У вас уже есть какая-то база образов, верно? — вдруг задала вопрос Мира.
— Есть, — спокойно ответила Экхарт, сложив руки на груди.
— Отлично, — улыбнулась девушка и добавила, — Тогда мне нужно провести еще несколько тестов и моделирований. Кроме этого, перед загрузкой образа подопытному нужно провести определенную подготовку.
— И что это за подготовка? — Виктория Экхарт умело спрятала свою заинтересованность за маской равнодушия.
— Ты все увидишь в процессе, — улыбнулась галлифрейка.

***

— Донни, сделаешь перерыв? — Оливия стояла на пороге отсека с двигателем, где совсем недавно произошел инцидент.
— Дел полно, Ливи.
— Вот именно, — воодушевилась девушка, — Твоим мозгам нужен отдых.
Умник поднял взгляд на собеседницу и ответил:
— Важно закончить все в срок, — голос звучал ровно.
— Давай, зануда! Физическая нагрузка поможет мозгам. Разгонит кровь! Ты потом сможешь сделать намного больше.
— Мы не успеем починить корабль, — возразил черепаха.
— Ой, да перестань! Ты совсем одряхлеть хочешь? Когда в последний раз ты тренировался?
Донателло задумался на секунду, а девушка воспользовалась моментом и решила разбить оборону:
— Видишь? Даже не помнишь. Идем.
Мутант нехотя отложил инструменты. Он просто понимал, что потеряет больше времени в спорах. Еще слова сестры про пользу физической нагрузки были действительно почти неопровержимы.

Чтобы не повредить важные установки, Ливия решила провести тренировку на складе. У входа было достаточно места для того, чтобы развернуться. Конечно, можно было повредить какое-то оборудование на полках, если сунуться к стеллажам, но девушка исключала разрушительные последствия тренировки.
С Рафаэлем бой мог быть непредсказуемым, но с Донни все более ясно. Он всегда делает все точно и не допустит лишних движений и эмоций.
Оливия задумывалась над тем, а не вывести ли умника из себя, но пока не до конца представляла, как это можно сделать.

— А мы ничего не повредим здесь? — обеспокоенно спросил Донателло.
— Комната… Зал управления по размерам подходит больше.
— Но там есть важное оборудование, Ливи, — сказал Донателло с поучительными нотками в голосе.
— Именно, — улыбнулась полугаллифрейка, — Давай сделаем так: условие — не покидать эти границы, — девушка жестом указала на вход и подошла к началу рядов стеллажей, обозначая край их тренировочной "арены".
— Согласен, — кивнул мутант, — Драться будем врукопашную?
— Нет, конечно, — слова уже звучали, как крик из недр склада.

— Вот! — показалась Оливия из-за полок. Обе руки были заняты предметами, похожими на срезы металлической трубы. Их длина как раз была достаточной, чтобы использовать как шест. Один она подала черепахе.
— Не сказал бы, что это идеальное тренировочное оружие, но сейчас проверим, — Донателло взял протянутый предмет.
— Отлично. А еще мы находимся в противоположной части корабля, и шум нашей драки не разбудит Лео.
Умник кивнул, соглашаясь с сестрой. Ему меньше всего хотелось беспокоить брата.

Дуэлянты стали в боевые стойки. Оливия приняла демонстративно-модельную позу: ноги на ширине плеч, опора на одной ноге, шест вдоль тела. Она смерила противника наигранным презрительным взглядом. Донателло же предпочел занять боевую позицию, выставив один конец импровизированного шеста в сторону противницы.

— Дамы вперед, — сказал фиолетовобанданный, но это больше прозвучало как вопрос.
В ответ Ливи сделала приглашающий жест, позволяя противнику атаковать первым.

Донателло бросился вперед, раскручивая шест поочередно то справа, то слева. Приблизившись на расстояние удара, он атаковал сбоку. Все это время Оливия стояла, как статуя, но в последний момент резко блокировала удар. Последовала быстрая серия верхних ударов мутанта. Попаданка легко блокировала атаки. Она вдруг отвела своим шестом оружие Донателло в сторону и заставила то удариться торцом об пол. Зазвенел металл.
— Предсказуемо, Донни, — хмыкнула девушка, пытаясь разозлить противника, но тот предпочел не отвечать словами.
Черепаха зеркально совершил последнее действие девушки и отступил назад.

Дуэлянты раскрутили свои шесты и бросились навстречу друг другу. Донателло совершил толчок боковой частью оружия, а Ливи блокировала удар, выставив его перпендикулярно, и оттолкнула противника.

Далее девушка, стоя правым боком, сделала серию ударов, держа шест двумя руками ближе к левому краю. Сначала торец оружия Оливии устремился к голове противника сверху, но тот был встречен блоком, от которого отскочил. Потом этот конец шеста сделал полудугу и ударился об пол сзади. И так несколько раз. Такой прием был не настолько боевым, что и хотел прокомментировать Донателло. Возможность перекинуться парой слов появилась как раз, когда девушка сделала оборот вокруг оси и попыталась ударить черепаху сбоку. Блокируя удар, мутант сильно оттолкнул противницу от себя.
— Ливи, неэффективная серия. Ты открываешься.
— Зато как изящно, — подмигнула девушка, — А если делать движения быстро, то пока ты делаешь рывок после блока, я могу атаковать.

Пока дуэлянты разговаривали, то сделали полукруг по помещению. Девушка бросилась в атаку снизу, скользя шестом по полу. Донателло грациозно ушел от приема в прыжке с разворотом. При этом он раскрутил свое оружие над головой и нанес удар сверху. Ливи успела отреагировать и выставила блок. Сила удара черепахи была большой, а ей не хватило времени, чтобы сгруппироваться. Девушка припала на колено.

Донателло улыбнулся. Он считал, что приемы должны быть в первую очередь эффективны, а красота и выпендреж — это не важно. Но даже при этом его движения всегда кроме точности были изящными и аккуратными. Здесь Донателло и Леонардо были очень похожи. Умник не совсем понимал, как можно рьяно атаковать и открываться, как это делал Раф или совершенно отвлекаться на болтовню, как Майки. Но Дон прекрасно знал, что оружие братьев тоже играло роль в этом. В отличие от обычного шеста, саями можно легко проткнуть противника. Поэтому Рафаэль любил играть с жертвой, позволяя той поверить, что он действительно открыт. С Микеланджело все обстояло иначе — он отвлекал противника поддевками, заставляя того злиться и делать ошибки. Но тем не менее Майки очень хорошо дрался. Его скорость и ловкость порой были даже выше, чем у остальных членов семьи. Кроме Сплинтера, конечно.
Мысли о братьях и сенсее отвлекли лишь на секунду, но тем не менее Донателло легко блокировал серию боковых атак Ливии. Потом он перешел в наступление. Стоя спиной, мутант нанес несколько ударов поочередно то справа, то слева, делая небольшие повороты телом во время атак и раскручивая шест между ними.

— А сам-то как выпендриваешься! — засмеялась девушка.
— Точно, — улыбнулся Донателло и, повернувшись лицом к противнице, атаковал с такой силой, что Ливи пришлось отступить на несколько шагов даже с учетом выставленного вертикального блока, — У меня хотя бы панцирь есть.

Дальше последовала очень интересная серия ударов. Донателло атаковал поочередно одним концом шеста сверху, а другим снизу. Держа шест горизонтально, Оливия быстро поднимала и опускала руки, чтобы блокировать удары. В тот момент, когда палка (а точнее труба) Дона была направлена на противницу, а он стоял правым боком к ней, девушка вдруг во время блока резко отбросила свое оружие. Находясь перпендикулярно, оно практически проскользило по шесту Донателло. Оливия рассчитывала, что ниндзя инстинктивно поймает летящую в него штуку. Именно это произошло. В момент, когда черепаха отпустил свое оружие, то Оливия перехватила его.

Пока она раскручивала шест, то сказала:
— Вот! Можешь, если захочешь.
После этого она скопировала серию Донни, но в один момент вместо атаки снизу сделала тычок в пластрон в области груди. Черепаха сделал шаг назад. Если бы это был человек, то ему уже было бы очень больно, но мутант снова бросился в атаку. Поймав нужный момент Оливия, держа шест руками с одного края, снова ткнула противника, но уже в область живота. Донателло сделал рывок вперед. Оливия в ответ ударила ладонью в торец, и черепаха отступил на пару шагов, но снова бросился в атаку. Его шест совершил несколько ударов сверху. Оливия просто отходила в сторону, и конец оружия противника ударялся об пол. Потом она развернулась спиной к мутанту и нанесла несколько сильных тычков назад.

— Если бы не твой панцирь, то ты бы уже задыхался, — прокомментировала девушка.
— Это точно. Приятно видеть новые приемы, Ливи, - улыбнулся фиолетовобонданный, — Ты хорошо обучилась.
— У меня отличные учителя, Донни.
— И все-таки я считаю, что показуха в бою не нужна, — голос умника звучал уже серьезнее.
— Возможно, но я без этого не могу…

Оливия подошла и хотела продолжить разговор, но Донателло перебил её:
— Это верно. Все, мне пора заниматься делом. Спасибо за разминку. Мне действительно помогло.

«Печально, что ты не хочешь раскрыть душу. Хоть кому-то», — подумала полугаллифрейка, но промолчала, наблюдая лишь панцирь черепахи.

***

И вот настал тот момент, когда путешественники снова вернулись ко мне… Или поднялись на мой борт, или вошли в меня… Или это как-то странно прозвучало?

Кроме мутантов и Доктора в ТАРДИС вошли Вастра, Дженни и Стракс. У последнего было совсем туго с фантазией.
Так туго, что я даже не смогла ничего придумать, чтобы над ним подшутить.
А впрочем, оранжевобанданный и без моего вмешательства справлялся отлично.


— Бро, ты теперь будешь Рафаэлкой! — задорно смеялся черепаха.
— Майки, — в рассерженном состоянии тон Рафа очень смешно выражался голосом Вастры, — Заткнись, негодяй!
— Ой ты моя хорошая, — оранжевобанданный осмелел настолько, что отважился подойти к Вастре и погладить её по спине, — Не переживай очень сильно, а то в обморок упадёшь!
— Крепись Рафаэль! — вмешался в разговор Рафаэль, которым была Вастра.
— Да-да, Рафаэлка, крепись! — поддержал вмешательство Микеланджело.
— Да заткнитесь уже, — заревел темперамент в теле Вастры.
— Нет, серьёзно, ты же помнишь, что будет, если ты не сдержишь свой гнев, — спокойно рассуждала Вастра голосом Рафа. Женственные жесты и мягкий тон в исполнении силача со стороны так же выглядели весьма потешно.
— А может ему вовсе не помешает получить удар языком! — рявкнул Рафаэль голосом Вастры.
— Помни, помни, Рафаэлка, — продолжал смеяться шутник, вовсе забыв об опасности, — В обморок падать не всегда приятно. Хотя конечно Майки нежно поймает тебя!
— Да я тебя… — старший брат, даже в женском теле начал душить оранжевобанданного.
— О не-е-е-ет, я ж задыхаюсь! — закатывался смехом Микеланджело.
— Боюсь, что моих физических сил не достаточно, чтобы свернуть этому шуту шею, — пояснила Вастра голосом Рафаэля, — Я обычно достигаю победы за счёт скорости.

Младший черепаха продолжил заливаться смехом, и видимо, представление Дженни и Доктор так же оценили, поскольку неоднозначные смешки стали вырываться и у них.
Только Стракс решил поддержать темперамента:
— Я могу предоставить Вам, удушающий усилитель серии МС-412. Он совершенно не требует большого усилия для зажатия шеи, а ловкость заключается только в правильном набрасывании кольца на шею жертвы!
— Прекратите все! — неожиданно рявкнула Вастра голосом Рафаэля, — Стракс, тут все свои! Майки, у всех силурианцев есть чувствительные точки, которые знаю только я. Если на них нажать грамотно, то существо моментально теряет сознание.
— Аналог сонной артерии, — пояснил Доктор, не разводя сложенных рук.
— Я запомню, — пришёл в себя Микеланджело.
— Вот и славно! — отпустил жертву темперамент.

В этот момент гул двигателей ТАРДИС прекратился.
— Мы прибыли! — воскликнул Доктор и первым покинул помещение своего корабля.

***

Леонардо прикрыл глаза, собираясь помедитировать. Его брат занимался починкой корабля, а Олив некоторое время назад провела, казалось бы, бесполезный осмотр. Черепахе хотелось действий. Тем более сейчас, когда Оливия с братом нуждаются в помощи. Но категорическое «Нет!» ставило его в тупик. Он снова прокрутил в голове разговор, который состоялся около четверти часа назад.

— Олив, где мои катаны? — спросил мутант.
— Там, где и в прошлый раз, — девушка откровенно флиртовала и ехидничала с присущей ей игрой взгляда.
— Верни, пожалуйста.
— Через полчаса, милый, — наиграно хихикнув, Оливия продолжила, но уже серьезно, — Знаю я тебя. Начнешь свои тренировки. Нет уж. Оставайся в постели, как положено. Метаболизм у вас отличный, раны заживают быстрее. А нанотехнология поставит тебя на ноги ровно через… — девушка театрально взглянула на руку, будто рассмотрела там часы, — десять часов.
— Но… — Леонардо попытался возразить.
— Никаких «но». Будь паинькой, и ни ногой из лазарета.
— Ол…
— Циц! — Оливия приложила палец к губам Лео, заставляя его умолкнуть.
Девушка улыбнулась, подаваясь вперед. Любому со стороны могло показаться, что она пытается поцеловать огромную, говорящую, прямоходящую боевую черепаху, но в последний момент Олив ловко изменила траекторию и прошептала в «ухо» рептилии:
 — У тебя есть медитации в арсенале умений, — елейный голос звучал низко и тихо, с нотками загадочности — так, будто Оливия поведала Леонардо самую большую тайну Вселенной. Дыхание щекотало шею, хотя это было странно с учетом прочности и огрубения чешуи.
После этого она резко подалась назад и подозрительно быстро начала копошиться в принесенных на подносе препаратах.

По большей части это были вспомогательные вещества и витамины, но инъекция специального раствора была совершенно неприятной. Олив пояснила, что это вещество помогает при ускоренном исцелении. Сделав необходимые манипуляции, она покинула недоумевающего черепаху и направилась по своим делам.


Леонардо погружался в себя все больше. Он понимал, что совет Олив верен, но все-таки неспокойствие по поводу мечей следовало устранить. Ниндзя понимал, что привязанность и одухотворение оружия в японской культуре современный мир перевел в разряд легенд и мифов, но наглое поведение девушки его совершенно не устраивало. Оно, в первую очередь, озадачивало, а потом уж ломало планы…

Раздался звук бьющегося стекла. Казалось, что где-то свалилось около десятка мелких стеклянных предметов.

— Что случилось? — обеспокоенный взгляд Леонардо метнулся в сторону двери.

Недолго думая, мутант поднялся с постели. Несмотря на уверения Олив, он чувствовал себя превосходно. Рана практически зажила. Если бы он не знал, какое получил ранение, то счел это за порез с ушибом. Черепаха направился в сторону, откуда слышал звук. Очень быстро перед глазами предстала весьма жуткая картина.

Один из углов лаборатории выглядел так, будто там пробежала стая гиппопотамов. Вся стеклянная утварь была разбита, а жидкости, смешавшись на столе, образовывали самые разные реакции. Где-то пузырился сам стол, в другом месте шли облака фиолетового дыма.
— Не подходи, — вскрикнула Оливия откуда-то сбоку. Она судорожно промывала руку в раковине водой. Та текла просто из-под шланга, который всем своим видом был похож на высокотехнологичную кобру. Он неведомой силой изгибался вниз и менял свое местоположение, если руки Оливии перемещались. Выглядело это жутко.

— О, кран снабжен датчиками. Они фиксируются на объекте, и все, — пояснила девушка. Лишь тогда Леонардо понял, насколько глупо мог смотреться со стороны, разглядывая такую странную технику.
— Интересно. Наверно самое важное — это не забыть выключить, — пошутил синебанданный.
— Да-да. Ты не представляешь, что этот малыш способен вытворить в безудержном порыве прислужить страждущему, — Оливия улыбнулась, но Лео заметил, как дрогнули уголки губ.
— Что случилось?
— Неудачный эксперимент.
— Все это? — обвел мутант рукой бардак.
— Угу, — виновато отвела глаза Оливия.
Она прищурилась, и вдруг из специальных отверстий в стене появились крохотные роботы в виде пирамидок-тетраэдров.
— Эти малышки сейчас все уберут. Странно, но даже блок утилизации способен давать энергию при уничтожении такой материи, как мусор.
— Не заговаривай мне зубы, Олив, — получилось куда жестче, чем хотелось мутанту, — Что здесь произошло? — вопрос прозвучал уже более мягко. — Зачем тебе эксперименты?
— Я хочу кое-что сделать. Одно вещество. Даже обладая обширной базой данных, я пока не нашла решение, — уклончиво ответила девушка. Леонардо кивнул. Оба знали, что ответ не удовлетворил его, но для начала он тактично давал своему собеседнику отсрочку от выговора.
— С рукой что? — от внимания Леонардо не ускользнула эта «маленькая» деталь. Было странно, если бы Леонардо не заметил огромное красно-бурое месиво на руке Оливии.
— Обожглась кислотой, когда…
— Когда что? — голос синеглазого дрогнул. Не то от переживания за ненаглядную, не то от возмущения, что она себе позволяет играть с опасными веществами. Хотя второе странно, если учитывать, что аватар вполне можно считать костюмом для разума, который поселился внутри огромной металлической махины.
— Когда… — девушка закусила губу.

Все жесты выглядели, как всегда, поэтому новая внешность вкупе со старыми манерами смотрелись поначалу для Леонардо совершенно неправильными. Мозг будто не хотел воспринимать наложение новых фактов с устоявшимся в голове образом. Но это прошло незаметно быстро.

— Когда… — повторила девушка, — …я случайно задела другую колбу. Потом я отдернула руку и задела еще одну… — голос дрожал. Ливии понадобилось мгновение, чтобы взять себя в руки. — Раз уж ты здесь, то вон в том шкафчике стоит флакон с синеватой жидкостью. Дай его мне. Еще другую — зеленую.
— Хорошо, — черепаха выполнил просьбу и хотел продолжить говорить, находясь уже в непосредственной близости от Оливии, но взгляда на руку девушки хватило, чтобы он подавил в себе любые порывы отчитывать.

Вблизи рана выглядела ужасно. В месте ранения, казалось, была вмятина. Волокна мышц блестели под струей воды. Кровь сочилась и тут же смывалась потоком. Зрелище было не для слабонервных, к коим синебанданный явно не относился.

— Тебе больно? — сочувственно поинтересовался Леонардо.
— Больно… — протянула Оливия.
— Не хочешь рассказать, что на самом деле происходит? Я же вижу, что с тобой что-то не так. Круги под глазами. Можешь сколько угодно подсылать ко мне другой аватар, но этот явно не в порядке, — черепаха сложил руки на груди так, будто поймал преступника на горячем.
— Я просто устала, — девушка опустила голову.
— Не ты устала, а этот аватар, верно? — Леонардо согнутым указательным пальцем правой руки приподнял лицо девушки, нежно коснувшись её подбородка и заставляя ту посмотреть на себя. — Ты так пытаешься проверить на прочность аватар? Или же… — теперь голос Леонардо стал загадочным и тихим, — …ты пытаешься почувствовать себя живой, — Он не спрашивал, а утверждал.

«Вот же засранец!» — подумала Олив. Но куда деваться-то? Стоит ли скрывать свои мотивы и деяния? Верный ли это путь для существ, которые живут под одной крышей, едят одну еду и влипают в неприятности вместе? Может, Оливия не является кровной родственницей Лео и его братьям, но она была удостоена чести быть членом их небольшой семьи. С учетом важного фактора в виде тайного образа жизни, то это сродни дару или чуду свыше.

Пока девушка задумалась, то вылила синюю жидкость на рану. Остатки инопланетной кислоты вступили в реакцию, образовывая неприятную на вид коричневую пену, которая застыла. После этого Оливия смыла вещество водой и наложила на рану повязку, пропитанную зеленой жидкостью. Любые попытки Лео помочь она жестами гордо пресекала. Ей казалось неправильным показывать слабость во всей красе. Но она пошатнулась и упала бы, если бы Леонардо ловко её не поймал.

— Да, аватар устал, и это чувство кажется мне реальным. Головная боль была отличным показателем, что я еще не совсем машина. Но тремор… Был не кстати. — Оливия посмотрела в угол, где недавно был совершен погром. Роботы некоторое время назад совершили уборку, удалились и, выполнив утилизацию отключились.
— Тебе стоит восстановить силы.
— Отлично, — Оливия кивнула в сторону одной из установок. — Мне нужен инъектор.
— Что? — непонимающе посмотрел синеглазый.
— Ты думал, что аватар ест, чтобы восстановить силы? — девушка слабо улыбнулась,— Смешной ты.
— А что это за вещества?
— Все питательные вещества в большой концентрации. И непосредственно в кровеносную систему, минуя пищеварительную…
— Ясно.
— … Не думаю, что мне стоит портить аватар Миры, приучая его к еде. Будет нехорошо, если вдруг закончится пища, а организм по привычке её потребует, — пошутила Оливия.
— И все-таки ты говоришь про Миру так легко, будто вы просто поменялись одеждой.
— В каком-то смысле оно так и есть. Если обратиться к источникам духовных знаний, то тело — это лишь временное вместилище для души.
— Согласен… — по взгляду Леонардо было видно, что он обдумывает важную мысль. — Но в чем твоя проблема?
— В самой душе. Где наши души? Есть ли у меня душа? Или у Миры? Может мы бездушные существа?
— Я думаю, что возникновение этого вопроса уже показатель того, что ты не просто программа в компьютере, — уклончиво ответил Леонардо, приободряюще коснувшись плеча девушки. Оба прекрасно понимали, что заданные вопросы являются по своей сути риторическими, и однозначного ответа на них не даст никто.

— Давай, если ты уже встал из постели, — начала девушка, а потом наиграно забурчала, — что категорически было тебе запрещено, то проведем сканирование в операционной. Я покажу тебе, что мои слова не беспочвенны.

Парочка переместилась на пару отсеков по коридору. Здесь был стол, который после пары манипуляций и команд трансформировался в кресло. Девушка взяла в руку прибор, похожий на ультрафиолетовый фонарь-детектор у криминалистов, и провела на расстоянии пары сантиметров от места ранения. Изображение проецировалось на экран, который «ездил» на кронштейне по потолку. Сначала экран с 3Д-моделью отсканированного участка подсвечивался зеленым, но потом мигнул красным.

— Видишь? Красный — это всегда опасность. Система определила повреждение, — девушка щелкнула пальцами, — Сейчас я покажу тебе магию, — хихикнув, Оливия свела руки в молитвенном жесте, а потом развела руки в стороны. Изображение увеличилось, показывая два ребра в очень большом разрешении. Видишь вот это? Малюсенькая микротрещина? Одно неверное, а точнее верное, движение, — девушка изобразила взрыв руками, — а еще лучше, удар и труд Дона просто насмарку.
— Я не собирался драться, — Леонардо умело держал оборону.
— Но тренировка — это нагрузка, — сощурила глаза Оливия.
— Ладно, — внезапно Лео сдался и признал свое поражение, чем заставил Оливию несколько секунд пялиться на него со странным выражением. Хихикнув про себя, он продолжил, — Кстати, где Донни? Я его еще не видел.
— Он ремонтирует сломанный двигатель.
— Что-то случилось? Он ко мне не заходил.
— Заходил пока ты спал.
— Понятно.
— Что тебе понятно?
— Донни пришлось, видимо, нелегко и теперь он сам пытается решить свою проблему.
— Ух, какой ты сегодня понятливый. У меня аж зубы сводит от твоей проницательности, — процедила Оливия, чем заставила Леонардо рассмеяться.
— Просто мы братья, Олив.
— Ну, понятно, что не сестры, — фыркнула та.
— Ему не стоит проводить много времени в одиночестве.
— Я периодически с ним разговариваю, но все обходится либо технической терминологией, либо языком жестов. Надо что-то делать с этим, Лео.
— Думаю, с ним лучше поговорить напрямую.
— Абсолютно согласна. И именно твоя кандидатура тут самая уместная.

***

Поверка безопасности показалась Виктории Экхарт сущим адом, но на лице было лишь выражение пренебрежения. Куча проверок подлинности личности — от голосовой и заканчивая тестом ДНК — могли порядком измотать неподготовленного человека. Но женщина знала куда направляется и зачем. Потерпеть задержку означало выиграть джекпот.

При всем желании ученой просто было нельзя показать, как сильно хотелось увидеться с заключенным. Во-первых, человек такого уровня допуска, как Экхарт, не мог позволить себе проявлять эмоции, а во-вторых — её не должны были заподозрить в связях с этим узником. Уровень допуска к государственным тайнам давал Виктории некоторое преимущество. Например, разговор мог проводиться в отдельной комнате без обычной прослушки, чтобы тайны не были записаны. Это очень упрощало работу, но и открыто поговорить было невозможно. За стеклом все равно находились агенты, которые могли услышать что-то лишнее или компрометирующее.

Заключенного вот-вот должны были привести, и Виктория села на стул в ожидании. Дверь на противоположной стене открылась, но на лице женщины отразилась лишь скука. Мужчину в типичном оранжевом комбинезоне втолкнули в дверь, и шедший за ним большой толстый охранник показался на пороге.
«Как таких берут на работу?» — подумала Экхарт и перевела взгляд на заключенного, - «Да если бы не остальная охрана, то узник мог бы легко вырваться из рук этого… толстяка.»

— Кого я вижу. Чем заслужил визит такой великой особы из правительства? — мужчина улыбнулся, когда охранник покинул комнату, предварительно приковав наручниками заключенного к столу.
Узник умело скрывал, как сильно ненавидит сидящую перед ним женщину. Но он понимал, что в возникшей ситуации стоит говорить с Викторией как с очередным представителем власти. Такое якобы ошибочное определение сбило бы с толку подслушивающих.

— Здравствуйте, меня зовут Виктория Экхарт, — представилась женщина, поддерживая свою легенду, — Я здесь по причине Ваших исследований, мистер Сакс, — еле улыбнулась ученая, — Из моих источников мне стало известно, что Вы работали не только над созданием токсинов. Одним из проектов было вещество…
— Скажите, зачем мне помогать Вам и людям, которых вы представляете?
— Возможно, этим Вы сможете заслужить уменьшение срока заключения. Или более комфортные условия содержания? — Виктория еле заметно сощурила глаза и, не мигая, смотрела на собеседника.
— Меня устраивают мои условия… содержания, — с вызовом перебил Сакс.
— Если Вы не скажете мне то, что мне нужно… — вдруг на лице женщины появилось выражение садистской ярости и она, резко встав, потянула за воротник Эрика на себя и вниз, припечатывая лицо последнего к металлической столешнице. Над ухом Сакса раздался шепот, — То тебе не выбраться отсюда.
— Неужели? — удивленно спросил заключенный, не делая попытки сопротивляться. Виктория восприняла это как признак заинтересованности.
— Мне сказали, что чтобы превратить росток одного растения, мне нужно завербовать ученого. Это возможно только с подавителем воли.

Экхарт лишь надеялась, что её шифр никто не поймет. Ведь «превращение побега» можно было воспринимать не только как биологический термин. Если обратиться к синонимам, то это могло означать буквально «организация побега». Было удобно, что они с Саксом любили играть игру в синонимы. Теперь это могло помочь ей с задуманным. А выполнение обещания тоже стало бы возможным, но требовало умного и тонкого подхода.

Виктория Экхарт не являлась «человеком чести» в понимании восточной культуры, но её обещания все-таки чего-то стоили. Эрик Сакс это знал не понаслышке. Он понимал, что Виктория пришла не просто так, а лишь потому, что действительно нуждалась в помощи. И хотя она это делала своеобразно, но обещала взамен свободу. Для разгадки ему потребовалось меньше минуты.

— Петерсон тебя дери, — выругался Сакс.
— Если не желаете помочь, то удачного пребывания в Ваших комфортных условиях содержания, — женщина отпустила мужчину и, фыркнув, покинула помещение.

***

— Кто такой Петерсон? — спросил человек за стеклом у напарника.
— Не знаю. Запустите поиск ученых с этой фамилией.


***

«Кто такой Петерсон?» спросила себя Виктория, покидая здание тюрьмы на машине. Весь разговор выглядел полной чушью, сбивал с толку и непосвященного ставил в тупик.
Но внезапно на Викторию снизошло озарение. У них с Саксом была заброшенная лаборатория в одном из домов, который принадлежал их маленькой подставной компании. Кодовое название этого объекта было «Петерсон». Видимо Эрик спрятал там результаты своих исследований. Виктория владела столькими компаниями, что без упоминания Сакса, ей пришлось бы искать иголку в стоге сена.

Ученая улыбнулась своему отражению в окне машины, — «К счастью теперь все пойдет по плану.»

***

Обнаружив, что команда не идёт за своим командиром, Доктор вернулся в ТАРДИС и жестами попросил всех ускориться. Выходя последним, галлифреец закрыл дверь.

— Наконец-то мы на Оливке, — воскликнул оранжевобанданный, — Она довольно приветлива.
— Хорошо вернуться туда, где хотя бы всё уже более менее знакомо, — фыркнул Раф в теле Вастры.
— Думаю, что показывать всё должен кто-то из хозяев! — вмешалась в разговор Вастра в теле Рафа.
— За мной! — скомандовал Майки.
— А ну стоп! — вклинился в разговор сонтаранец, — Медик не может быть командиром! Может лучше здоровяк?
— Может, — решила пошутить Вастра голосом темперамента, — Только я сейчас не совсем я!
— Что значит ты не совсем ты? Это в смысле ты совсем не ты? Ты не ты или просто не ощущаешь себя собой или всё настолько плохо, что следует задействовать опознавательный напалм?
— Тихо! — вмешался Доктор, — Он сейчас не в состоянии устраивать экскурсии. А этому, — галлифреец указал рукой на Майки, — я приказываю показать всем тут всё, пока я займусь разъяснениями с Оливией.

После таких слов, Микеланджело выставил грудь колесом, и гордо скомандовав: «За мной!», повёл компанию. В комнате управления находились Леонардо, Донателло и один из аватаров Оливии.
— Добро пожаловать, папа! — обратилась полугаллифрейка к Доктору.
— Прекрати так говорить, потому что меня это напрягает, — возразил повелитель времени, — Это мои друзья, Стракс, Дженни и Вастра, — Доктор поочерёдно указал на сонтаранца, девушку и Рафаэля, — И, предвидя твой вопрос, поясняю, что Рафаэль и Вастра столкнулись с психотропным вмешательством, в результате чего произошёл обмен личностями.
— Какое интересное совпадение, — протяжно произнесла Оливия, — Надеюсь, ты не летал специально в то время, когда создавали Миру и тестировали технологию перемещения сознания?! В любом случае мне нужно осмотреть их мозг, их тела и структуру самих личностей. Поэтому усадите обоих в кресла!
— Лив, да ты шутишь! Я не сяду в это жуткое кресло! — попытался возразить темперамент.
— Да брось, Раф, ты рискуешь остаться таким на веки вечные! — спокойно ответила Олив.
— О да, бро! Как тебе перспектива остаться Рафаэлкой навсегда? — начал издевательски водить бровями оранжевобанданный. И, видимо, эта фраза перевесила терпение темперамента, поскольку он пришёл к выводу, что хуже уже точно не будет. Доктор принялся усаживать Вастру в теле Рафа в кресло комнаты управления. А Рафаэль в теле Вастры, в сопровождении второго аватара Оливии отправился к креслу в запасной комнате управления.

— У нас столько всего было, Оливка! — начал завороженно рассказывать Майки, обращаясь к сестре.
— У нас тут тоже кое-что произошло, — улыбнулась сестрица, — Например Лео поранился, и мы много чего тут починили.
— Кстати, вот с этим, — оранжевобанданный указал жестом на сонтаранца, — Надо быть начеку и очень осторожными, потому что это весьма неординарное и крайне уникальное существо…
— Заткнись, медик! — перебил шутника Стракс.
— Сам заткнись, пришелец с картофельной планеты!
— Сонтар имеет форму шара, идиот.
— Да-да, форму такого шара, в кожуре, который если почистить и правильно приготовить превращается во вкусные фри! — начал смеяться Майки.
— Лучше заткнись, иначе я кидаю гранату!
— Стракс, дружище, — шутник подошёл ближе к карлику, — Мы переместились во времени и тут ты гранатой никого не удивишь!
— Предлагаешь апгрейдить арсенал до фотонного-ядерного дезинтегратора?
— Это слишком даже для меня, — вмешался в разговор Донни.
— А что же у тебя есть в арсенале, низшее существо? — спросил сонтаранец умника.
— У меня есть шокер, — огрызнулся Донателло, — И ещё кое-что, с чем очевидно у твоей расы острый дефицит!
— Это совсем не густо, потому что Сонтар дефицита не испытывает ни в чём, — радостно воскликнул Стракс.
— Кое в чём испытывает, — присоединилась к обсуждению Дженни.
— И в чём же?
— В мозгах, Стракс, в мозгах! — пояснила девушка викторианской эпохи.
Осмотревшись по сторонам, сонтаранец указал рукой на стеллажи с зелёными мозгами:
— Нет, ну такого у нас действительно нет, но разве они способны уничтожить планету за несколько минут?
— Они способны уничтожить звезду за несколько секунд, — запугивающе навис над Страксом Майки.
— Мне нужно передать разведданные на Сонтар! — поспешил покинуть компанию карлик.
— Я прослежу за ним, чтобы не натворил чего, — поспешила за ним Дженни.

***

В отличие от произошедшего с Оливией, Раф и Вастра ничего не почувствовали. Каждый открыл глаза и осознал себя в своем теле.

Вастра, Дженни и Стракс вернулись в сопровождении второго аватара Ливии.

На лицах всех присутствующих в зале управления читались вопросы о том, что произошло.
— Я теперь точно я? — удивленно-отстраненно спросил Рафаэль осматривая себя.
Вдруг Оливия нанесла прямой удар в голову темперамента. Тот отреагировал блоком, подорвался с кресла, как ошпаренный, и принял привычную боевую стойку.
— Рефлексы на месте. Манеры те же. Ты точно ты, — утвердительно кивнула девушка.

— Поздравляю бро, — похлопал по плечу брата Майки, — Хорошо, что у тебя больше нету этого... — шутник рукой изобразил длинный язык.
— Зато твой я теперь могу с лёгкостью вырвать! — рявкнул темперамент.

— А что вообще произошло? — вдруг раздался голос Вастры в арке бокового входа.

Сопровождающий аватар поспешил покинуть зал управления и заняться некоторыми важными делами, о которых Оливия предпочитала умолчать. А разговаривающая с Рафаэлем кукла продолжила:
— С учетом разницы во времени, у меня была возможность изучить ваше состояние. Для вас, — девушка перевела взгляд с черепахи на силурианку и обратно, — произошедшее показалось так: сознание отключилось и включилось в собственном теле. На самом деле произошло многое.
— Лив, а можно покороче? — с раздражением спросил Рафаэль.
— Я и так стараюсь упростить, — виновато ответила девушка. — Это важно, чтобы вы поняли что произошло, — дальше Оливия продолжила свое объяснение, расхаживая из стороны в сторону на манер учительницы, — Итак, представим, что ваши мозги — это картины. У мадам Вастры — это натюрморт, а у Рафаэля — это городской пейзаж. Тот безумец просто наложил одно изображение на другое. Иными словами — нарисовал другую картину поверх существующей. Понятно?
— Мне понятно, — вдруг сказал Донателло.
— И мне, — воскликнул Микеланджело, на что остальные отреагировали удивлением. Черепаха предпочел промолчать на это. Видимо он был поглощен процессом представления рассказа Оливки.

— Итак, такой способ неправильный, если мы не хотим дальнейших проблем.
— Со временем начнут «отшелушиваться» части личности и воспоминаний наложенного образа, если я верно понял твою аналогию, Ливи, — перебил Донателло. С извиняющим видом он кашлянул и приглашающим жестом руки дал девушке возможность продолжить.
— Все именно так. Доктор, ты же знал, что люди начнут умирать. Потому что неподготовленный мозг не может справится с таким варварским истязанием. Даже Мира перед загрузкой своей личности в мое тело полностью отформатировала мозг.

Перед Оливией стоял очень важный вопрос касательно души. «Если даже очистить мозг, то куда девается душа?» Пока что теории мелькали одна за другой, и девушка не решалась вообще озвучивать свои мысли по этому поводу. Ведические писания четко определяют понятие душа. Это атма. Это атом, который находится в солнечном сплетении, он несет в себе частицу Кришны, то есть Бога, Творца, Всеотца. Личность — это ум, его сосредоточием является мозг. А мозг — это материя. Тогда вывод один — личность и душа — это разные понятия. Личность можно переписать, но душу — невозможно, потому что Творец поместил душу в тело. И если…

— Почему у нас все нормально? — вдруг спросила Вастра.
— Тут нельзя быть абсолютно уверенным, но вы последние подопытные и способ перемещения образа личности был усовершенствован. Но я могу утверждать, что через какой-то промежуток времени у обоих начались бы галлюцинации и симптомы диссоциативного расстройства личности. В результате могли разрушится оба образа. Не думаю, что те несчастные умерли своей смертью. Им помогли, — в конце своей длинной речи Оливия пристально посмотрела на Доктора.

Он выдержал взгляд, но не желал разговаривать на эту тему. Он не смог спасти этих людей. Галлифреец тяжело переживал, когда гибли невинные люди.

Все помолчали, но потом Вастра нарушила тишину:
— А что сделала ты?
— Я постаралась максимально аккуратно очистить ваши «картинки». Кроме этого, опыт и воспоминания, полученные в чужом теле, я скопировала в вашу оригинальную личность, — девушка сделала паузу на мгновение, — У вас могут наблюдаться отклонения в психическом здоровье, но не думаю, что они критичны. Нейронные связи не были повреждены так сильно, как может показаться.

Послышались вздохи облегчения Донателло, Леонардо и Дженни.

— В общем, все хорошо. Но не стесняйтесь обсудить какие-то странные симптомы с родными, — улыбнулась девушка.
— Ух ты! А где ты обучилась на психолога? — раздался восторженный голос Микеланджело.
Оливия мило улыбнулась и указала на мозги в ячейках.
— Фу-у-у. Не надо было спрашивать, — скривил мордашку мутант.
— Не хватало нам еще одного мозгоправа в семье, — фыркнул темперамент.
— Не бойся, Рафаэль, когда я вернусь в свое тело, то много чего забудется, — Оливия даже не дала Леонардо возмутиться на слова брата.
— Слава богу, — буркнул себе под нос краснобанданный.

***

Машина, присланная Викторией Экхарт, доставила Миру в институт, который располагался на 101 Авеню стрит рядом с Крайслер-билдинг в Манхеттэне. Водитель был типичным вышибалой из Службы Безопасности, что не могла не отметить девушка:
— О, да ты круче всех этих ученых хлюпиков. И много у Экхарт таких шкафов, как ты? — девушка оценивающе осмотрела «своего» водителя и телохранителя в одном лице, а потом фыркнула, — Вот же наивная, я и не таких скручивала в бараний рог.
Мужчина посмотрел на девушку отсутствующим выражением лица. Возможно, его действительно не волновало, что думает про себя и про него самого хрупкая высокомерная выскочка. Ему платят не за разговоры, а за выполнение работы.
— Скучно! Поехали уже, — скомандовала Мира, а водитель послушно выполнил указание.

Институт ничем особо не выделялся. Ученые и лаборатории — Мире было непонятно, зачем Экхарт позвала её сюда, ведь она могла удаленно работать из Бруклина. Что-то было нечисто, и девушке хотелось поскорее с этим разобраться.

— Для начала я проведу небольшую экскурсию, — раздался голос женщины за спиной. Мира подавила в себе признак того, что её застали врасплох.
— С удовольствием, Виктория. Но лучше бы нам заняться делом.
— Абсолютно согласна. Я все тебе покажу.

Как и ожидала Мира, лаборатории оказались такими же скучными, как и все, над чем работали ученые Экхарт. Подопытные животные, тестирования, куча кодов безопасности и высокий уровень секретности. Но одно место заинтересовало Миру сильнее остальных. Они с Викторией как раз шли по коридору, и он показался девушке очень знакомым. Она сделала несколько шагов, опережая экскурсовода, и заглянула в стеклянное окошко двери лаборатории справа. Там было темно, но внезапно девушка увидела, как там зажегся свет. На столе, похожем на операционный, кто-то лежал. Она зашла вовнутрь и оказалась перед объектом испытаний. На Миру смотрело не её отражение, а точнее лицо Оливии. Испытуемая корчилась от боли:
— Именно это тебя ждет, — прошептала она, обращаясь к Мире. Та отшатнулась и внезапно обнаружила себя на месте говорившей.
— Милая, не стоит сопротивляться, — говорил голос Экхарт откуда-то сбоку.
— Что происходит? — спросила Мира, но почувствовала, как задыхается в приступе кашля.
— Всего лишь испытание.

Мира почувствовала, как голова начала сильно болеть. Казалось, что её зажимают в тиски с силой, равной притяжению самого Ккаба. Мире казалось, что её внутренности готовы покинуть тело, а кожа горит. Девушке хотелось оказаться как можно дальше от этого места.

— Какое испытание?
— Я хочу протестировать новую вакцину от гриппа. Это не наш профиль, но ты окажешь услугу всему человечеству…
Дальше пафосные речи потонули в красной пелене боли.


Внезапно девушка обнаружила себя в коридоре. Виктория находилась немного позади, а спереди уже бежали люди в черной боевой униформе. Мира поднялась с пола, держась за стену.
— Я и не думала, что все будет так легко, — в голосе Виктории звучали победные нотки.
— Предала… — прошептала Мира, готовясь к драке.

На девушку бросились несколько противников сразу. Они атаковали одновременно во все стратегически уязвимые точки: голова, торс, опорная нога, руки. Девушке пришлось отступать.

Мира отбежала на несколько метров в сторону Виктории, затем сжала кулаки и мысленно приказала своему телу отключить болевые пороги. Такая манипуляция всегда идеально работала с её галлифрейским телом и так же с аватарами, она не была уверена, что всё сработает и с телом Оливии.
Придя в себя, жертва моментально осознала, что боль отступила лишь временно и скоро станет ещё хуже. При таких обстоятельствах драться просто не было смысла, стоило как можно дальше и как можно скорее убежать и спрятаться, переждать приступы боли, а затем договариваться заново или сразу мстить. Мира одним рывком оказалась около Виктории и, обогнув её, взяла голову в захват.
— Предавать меня может быть опасным для жизни, милочка! — язвительно протянула галлифрейка, — Прикажи своим дебилам отступить!
— Ладно. Делайте всё, что она говорит, — растерянным голосом произнесла Виктория.
Мира вместе с заложницей попыталась отступить к лифту, где у неё появилась хотя бы возможность на бегство. Но тут её ожидал сюрприз, покуда Экхарт предполагала подобные действия своей оппонентки. Она достала из кармана своего белого халата инъектор и всадила в ногу своей захватчицы лошадиную дозу загадочного препарата, который щедро подарил ей мистер Сакс.

После укола иглой Мира потеряла контроль над телом Оливии на какое-то время и боль мгновенно обожжённой стрелой поразила её сознание. Через секунду галлифрейка ослабила хватку, а через три уже летела по направлению полу, теряя сознание.

— Уберите её отсюда в лабораторию Д-12.
Бесчувственную девушку увели, а Виктория задержалась у двери, которая так заинтересовала Миру. Кто бы мог подумать, что воспоминания Объекта могли «просочиться» и так упростить работу. Видимо есть какие-то факторы, не учтенные даже самой Мирой. И это было для мисс Экхарт самым интересным. Она захотела разобраться во всем этом.

***

— Что случилось? — спросил Леонардо, глядя то на Олив, то на Донателло, когда раздался прерывистый гудок.
— Тревога? — спросил Микеланджело, напуская на себя важность.
— Не думаю, — возразил умник.
— Это сообщение, — констатировала Оливия, подбегая к пульту в зале управления.
Несколько её манипуляций оживили один из экранов, и там появилось лицо Олив:
— Привет, ребятки, — сказало изображение.
— Что за черт? — раздался голос темперамента.
— Я не черт, Рафаэль.
— Что? — лицо краснобанданного выражало одновременно и озадаченность, и гнев, — Что это за шуточки?
— Она не ответит. Это записанное сообщение, — сказал Донателло, нажимая еще несколько кнопок на пульте.
— Да, это записанное сообщение, — сказало изображение.
— Круто-о-о, — протянул Микеланджело, — Как она это делает?
— Я просто предположила вашу реакцию на это сообщение.

Дальше последовала пауза. Майки очарованно смотрел на экран, Раф гневно сжимал кулаки, Дон вопросительно посмотрел на Доктора, а Лео переглянулся с Олив. Стракс, Дженни и Вастра тоже поочередно переглянулись.

— Эмоции уже улеглись и можно продолжать, — сказало изображение. — Сообщение должно было прийти лишь в случае, если со мной что-то случится. Если вы это видите, то я попала в передрягу и не остановила передачу. Скорее всего, я захвачена Викторией Экхарт…

Последний раз редактировалось Lidia-Lada; 09.04.2018 в 21:25.
Спасибо за пост (2) от: GeroVort, RussianEmpire
   15.05.2018, 22:50  
Головоломка
В этой части стиль меняется. Влияние на него, скорее всего, оказало произведение "Лес. Эскаписты" авторства VicInHorror.

Не было смысла разжевывать все. Попробуйте сложить пазл сами.

_______________________________________
Головоломка

***

Оливия, а точнее она в теле аватара, сидела за столом в камбузе и, подперев голову левой рукой, о чем-то думала. Об этом можно было судить по однотипным движениям свободной правой руки: девушка рисовала пальцем невидимые узоры, из раза в раз повторяя набор одних и тех же фигур. Это были мандалы.*¹
Леонардо бесшумно вошел в помещение. С одной стороны, ему не хотелось трогать Олив, но с другой, появилась потребность поговорить. Как правило, черепаха сам любил побыть наедине, но сейчас ситуация сложилась странная и нетипичная.

— Ты занята чем-то важным? — спросил синеглазый, стоя на пороге, но без приглашения не приближался.
— Нет, садись. Я просто думала.
— О чем? — спросил мутант, присаживаясь рядом.

***

— Думаю, объяснения в нашем случае можно опустить? — спросила мадам Вастра у Оливии.

Высокий интеллект без проблем расставил все точки над «и». Силурианка понимала, что, чтобы вернуть личности её и Рафаэля на место, биологической дочери придется покопаться в воспоминаниях, узнать о Вастре все. Конечно, такое положение вещей не особо радовало.

Если бы про существование Оливии рассказал кто-то сторонний и малознакомый, то женщина-рептилия усомнилась бы и начала расследование. Но Доктор — это не кто-то, и его слову можно было верить. Конечно, иногда он творил и говорил такие вещи, от которых обычный человек мог бы получить вывих мозга, но женщина научилась принимать как данность все, что происходит. Именно поэтому друзьями и спутниками повелителя времени становились обычные существа со скрытым необычным взглядом на мир и с особыми способностями.
Время, когда Вастра воспринимала мир лишь черно-белым, давно прошло и теперь остались оттенки. А такая метаморфоза стала возможна только из-за появления Доктора. Силурианка никогда не интересовалась повелителем времени, как мужчиной. Для неё он был другом и соратником, не более. Выросшая в женском обществе, она впитала феминистические взгляды. Встреча с Доктором изменила жизнь женщины навсегда. Он показал ей мир в красках, заставил пересмотреть свое отношение к нему, подарил надежду. Благодаря доброте Доктора жестокий бездумный воин, одержимый местью, превратилась в цивилизованного сыщика. Но Вастра была благодарна Доктору не столько за это, сколько за Дженни. Если бы галлифреец не разбудил в женщине-рептилии человечность, то смерч возмездия смел бы прекрасное создание на своем пути.
Но кто мог знать, что волею судьбы её с Доктором связала еще одна ниточка? Это была Оливия. С одной стороны биологическая дочь вызывала интерес, а с другой — настороженность.

— Да, конечно, можно… — натянуто улыбнулся аватар, — …мама.

Вастру передернуло так, будто ударило током. Она не стремилась иметь потомство. Её жизнь была насыщенной и полной тайн, которые хотелось разгадать. Сюда никак не входило воспитание детей. Но если бы вдруг появился ребенок в их нетрадиционной для викторианской эпохи семье, то какое-то время пришлось бы привыкать к слову «мама». Но тут, буквально на голову, свалилась взрослая незнакомая особь.

— Ты так легко воспринимаешь факт нашего родства, — констатировала силурианка, — Почему?
— Чанакья Пандит записал принцип, по которому у каждого из нас есть семь матерей, — выражение лица девушки изменилось и стало более сосредоточенным. Это можно было расценить как признак того, что информация имела для девушки огромную ценность, и Вастра не задавала вопросов, а продолжала слушать, — Первая — это родная мать, это та, что родила. Чаще это именно биологическая мать. Дальше идут жена учителя, жена брахмана и супруга царя. Их роль в жизни человека не менее важна, поскольку сами наставники, брахман и царь являются отцами. Деятельность жены духовного учителя направлена на то, чтобы помочь ученикам своего мужа и простым людям достичь духовного совершенства. Жена брахмана заботится о благочестии людей, помогает развивать духовные качества, избавляет от плохих привычек и является примером чистоты и духовности. — Оливия сделала небольшое отступление, изменив свою интонацию: — А брахманы — это интеллигенция общества, то есть жрецы, священники и учителя, — потом девушка вернулась к своему основному рассказу: — Жена царя заботится о духовном развитии и материальном благополучии подданных своего мужа. Она строга, требует благочестивого поведения, разума и преданности. Пятая мать — это корова, дает молоко и кормит всех, ничего не требуя взамен. Предпоследняя — это кормилица. В современном мире — это крестная или приемная мать. Она не только может вскормить ребенка своим молоком, но и заменить родную мать в случае ее смерти. А последняя мать — это мать-Земля. Это не только планета, но и непосредственно земля, где мы рождаемся. Именно она дает все необходимое для нашего существования, — потом девушка сделала паузу и добавила, - Конечно, в современном мире применить ведические знания невозможно в полной мере, но нужно иметь уважение к маме, приемной матери, корове, Земле, женам президента и учителей. Лишь тогда открывается канал к Богу, приходят покой и жизненные силы, — Оливия выдохнула и сделала еще одну паузу, — Так что ты для меня не менее важна, чем мама, которая воспитывала.

Слова девушки заставили Вастру задуматься. Мировоззрение Ливии ей казалось необычным, но оно не нарушало логики.
— Я слышала про Индию и ведическую культуру, но не сталкивалась с ней. Тем более в моё время экзотический восток еще не настолько популярен, - без особого выражения произнесла Вастра.
— А я прожила все детство в Индии в маленькой провинции подальше от мира. Но ты это знаешь, — утвердительно кивнула Оливия.
— Ты поделилась частью своих воспоминаний. Зачем?
— Мне показалось, что так будет честно по отношению к тебе. Я знаю тебя, а ты меня. Не полностью. Я не заглядывала в самые потайные уголки памяти, старалась держаться лишь на поверхности, — аватар отлично изобразил на лице растерянность, — И мне пришлось дать что-то взамен. Я не люблю быть должницей, и мне не нравится подглядывать… Самое основное я тебе показала.
— Верно, — в голосе силурианки чувствовалась непривычная мягкость. Видимо, её впечатлили и подкупили слова и поведение дочери, — Но все же… есть некоторые вещи, которые я не понимаю, — взгляд Вастры устремился в неизвестные дали, и складки вокруг глаз засвидетельствовали наличие сосредоточенного мыслительного процесса.
— Чужие образы не сразу становятся понятны. Нужно время, чтобы они трансформировались в то, что будет более естественно. А с учетом произошедшего с тобой и Рафом, временное нарушение восприятия вполне нормально.
— Ты тоже поделилась с Рафаэлем воспоминаниями?
— Да. Я кое-что ему показала, — последнее слово было сказано так, что Вастра безошибочно поняла, насколько информация конфиденциальна и не стала задавать вопросы по этому поводу.

Силурианка, повинуясь своему инстинкту детектива, невольно начала короткий допрос. Но Оливия не обиделась на это. Они понимали причины поведения друг друга.

— Я не знаю всю историю и владею только обрывками данных. Факты заключаются в следующем: меня создали как средство для чего-то; потом один из ученых меня украл и с женой увез подальше от цивилизованного мира; когда я подросла, нас нашли, родителей убили, а меня закрыли в лабораторию; со мной делали ужасные вещи, но я сбежала.
— Вот же подонки, — прошипела рептилия, — Эти испытания совершенно негуманны. Но твоя выходка с Доктором была просто безупречна. Он никогда не упустит шанс разобраться, когда его зовут на встречу необычным способом, — Вастра хитро улыбнулась, а Ливия сделала то же в ответ.

— После знакомства с Доктором мне легко понять и принять весьма странные вещи о нашем мире…
— Но моё появление создает для тебя какие-то трудности? — перебила полугаллифрейка свою мать.
— В твоей формулировке это звучит не совсем верно. Потомство — это замечательно, это рационально. А в моем случае ситуация совершенно непредсказуема.
— О, я понимаю, о чем ты, мама, — звонко засмеялась Ливия.
— Надеюсь, мы думаем об одном и том же, — улыбнулась Вастра, — Расскажи мне, что у вас с Леонардо?
— Как ты…? Я это не показыва… — расширила глаза девушка от удивления, но тут быстро пришла в себя, — Наблюдательность, — пояснила вслух сама себе девушка, а Вастра кивнула в знак согласия, — Мы… мы… Я пока точно не понимаю, что между нами.
— Но тебя тянет к нему магнитом, я замечала, как ты на него смотришь. Смелее, не переживай показывать свои чувства.
— Но вдруг все не так…
— Милая, он к тебе так же неравнодушен, — силурианка провела рукой по лицу девушки.
— Ты думаешь? Вдруг я себе все придумала?
— Химию между вами не заметит только слепой, — хихикнула Вастра, — и Стракс.
— И Майки, — поддержала шутку Олив, а потом продолжила серьезно, — И все же, хороши ли межвидовые отношения?
— Ты же была в моих мозгах, разве там ответа не нашлось?
— Нет. Это как посмотреть файлы компьютера. Ты получаешь информацию, но с компьютером невозможно обсудить её.
— Хорошо, скажу прямо, я не считаю межвидовые отношения чем-то ненормальным. Доктор, думаю, тоже…


Внезапно мучавший Лив вопрос стал чем-то несущественным, а ведь и правда! Почему вдруг девушка начала переживать по поводу отношений с Леонардо? Да, их будущее кажется очень туманным, но разве это важно? Разговор с биологической матерью расширил рамки, в которые себя вогнала Олив. Возможно, стоило сломать все эти барьеры…

***

Из-за нахлынувшего воспоминания Ливи на несколько мгновений «выпала из реальности», и Леонардо повторил вопрос:
— Олив, что тебя беспокоит? — мягко спросил он.
— Я думала… — начала девушка, и тут же её бросило в краску. В мыслях все не так смущало, но стоило открыть рот, как… Полугаллифрейка повернула голову в сторону и отстранилась.
— Ты можешь сказать мне все.
— Я знаю, но все равно мне не по себе…

С одной стороны, флирт, игры и отношения без отношений казались очень заманчивыми и прекрасными, но Оливии казалось, что они должны развиваться. Но как развиваться, если они с Лео не признают, что между ними происходит. Почему так трудно сказать: «Ты мне очень нравишься, и я хочу быть с тобой?» Сразу появляется неловкость и липкий страх. Страх быть отвергнутой? Чушь! Все вокруг давно поняли, что происходит. Что же мешает? Оливия уже знала ответ. И он был неприятен… И все же выговориться надо. В отношениях не должно быть недомолвок.

— Есть много вещей, которые стоит обсудить… — дипломатично начала девушка. Леонардо сделал вывод, что она пыталась скорее успокоить себя.

***

— Лив, что ты хотела?
— Раф, мне нужно кое-что обговорить с тобой, — внешне девушка выглядела весьма решительно.
— Насчет чего? — в голосе Рафаэля почувствовались нотки нетерпения.
— Насчет… Лео, — более неуверенно сказала Ливия.
— Давай ты не будешь вмешивать меня в ваши отношения? — краснобанданный заметно напрягся.
— Ты не понял, — примирительно сказала в ответ Оливия, — Мы тут не из-за… отношений.
— А зачем? — Рафаэль сложил руки на груди, что могло означать некую оборонительную позицию.
— Есть одна вещь, которую ему нельзя знать, — голос девушки к концу фразы неосознанно понизился до шепота.
— А вот с этого места поконкретней, — с нажимом в голосе сказал краснобанданный.


***

Объект 00Х пришла в себя лёжа на кровати. Перед ней стояла Виктория Экхарт с характерной улыбкой.
— Я рада, что ты пришла в себя, Оливия, — произнесла Экхарт с лёгкой ноткой заботы в голосе.
— О-о-о! Злорадствуешь? — огрызнулась пациентка, — Ты такая же тварь, как и твой отец!
— Оливия, что с тобой? Ты ведь никогда не знала моего отца, — продолжила Виктория, но уже с иронией в голосе.
— Прекрати паясничать. Ты что правда думаешь, что я легко попадусь на твои уловки? — продолжала сопротивляться объект.
— Да какие уловки? Вы работали с доктором Мирой Фокс по созданию существа, похожего на тебя. Ты должна была осуществить новый научно-технический прорыв и поднять генную инженерию на тот уровень, о котором даже Сакс не мечтал. Но Мире удалось что-то с тобой сделать, — продолжала иронизировать Экхарт.
— Какая гадость, Виктория, — выплюнула девушка, продолжая вырываться с кровати, — Я беру свои слова назад, ты ещё гаже, чем твой папочка! Я клянусь, что поквитаюсь с тобой за всё. Ты не сможешь качать меня своими препаратами вечно.
— Почему же не смогу? — ухмыльнулась Виктория, — Это же для твоего блага. Мы будем тебя накачивать препаратами столько, сколько потребуется, чтобы ты себя вспомнила, Оливия. Земля сейчас нуждается в тебе, дорогая.

***

«Нет, это точно не стоит знать Леонардо», — подумала Олив. Она точно знала, как отреагирует лидер и, чтобы опередить его, следовало скрыть информацию, изолировать. Это было самое неприятное, потому что девушка чувствовала, что обманывает любимого. Можно было избавиться от того, что так тревожит, простым удалением воспоминаний, но стоило ли?

— Мне показалось, что кандидатура Рафа не сильно тебя устроила, — сказала полугаллифрейка, обращаясь к синебанданному.
— Тебе не показалось, — тихо ответил Леонардо. Неожиданно для себя он решил говорить с Олив открыто, — Он к этому не готов.
— Он не был готов пару лет назад, но ситуация с Эйприл заставила его пересмотреть свое поведение и взгляды.
— Да, после этого случая он стал не так резок и перестал открыто конфликтовать со мной насчет лидерства. Но он продолжает бросать мне вызов, — Лео внимательно посмотрел в глаза собеседницы, — Чего стоит ваша выходка с тем китайским состязанием.
— Лео, не начинай…
— И не собирался.
— Раф больше всех подходит к выполнению миссии.

***

— Скажите, что это не сон, — восторженно завизжал Микеланжело.
— Это не сон, Майки, — послышался спокойный голос Донателло из-за пульта, а Стракс подошёл к Шутнику ближе и ударил его электрошокером.
— А-а-а-ай! — вскрикнул Микеланджело.
— Во сне больно не бывает! — воскликнул Стракс.
— Прекратите оба! — рявкнула на Майки и Стракса Дженни. Оранжевобанданный почти сразу отцепился от Стракса и взялся за старшего брата с не меньшим энтузиазмом.
— Раф, да ты мачо! Научи меня, а? — младший, желая позлить, пританцовывал рядом с темпераментом.
— Отвали, — рявкнул Рафаэль.
— Раф, все хорошо. Это не повод злиться, — улыбнулась Оливия.
— Это сейчас такая шутка была? Ни разу не смешно, — грубо высказался краснобанданный.
— Зато этим можно воспользоваться, — сказала Вастра, встревая в возникшую ситуацию. Почему-то остальные не решились высказать ту же самую мысль, но их взгляды означали согласие.
— Что?! Вы издеваетесь? — темперамент уже кричал.
— Нет. Мы можем воспользоваться тем, что ты так приглянулся Мире, — Ливия погладила черепаху по предплечью, безмолвно прося успокоиться.
— Безумие! — вырвал свою руку Рафаэль и сделал рывок в сторону.

— Ты и безумие — отличный тандем, — сказал Леонардо. Майки невольно сжался, ожидая большой драки между старшими братьями. Но голос лидера был настолько спокоен, что у темперамента не возникло желания врезать тому по лицу. Точнее, порыв оказался не настолько сильным, так что Раф подавил его обычным разминанием кулаков.
— Вы хотите использовать её… — Рафаэль указал рукой на экран, -…увлечение мной в своих целях?
— Это вполне логично, — вмешался Доктор, — Есть вероятность, что это лишь разыгранная сцена…
— Но у нас есть преимущество. Выражение лица Олив было искренним, — сказал Лео, — Не думаю, что Мира смогла бы подделать эмоции настолько искусно.
— В этом есть логика, — задумался галлифреец. Он так же вычислил зайгонку с лицом Клары…*² Но как бы не старался, он не помнил само лицо Клары. Чтобы отогнать воспоминание, пришлось помотать головой, — Ты знаток микромимики, Леонардо?
— Не совсем, — уклончиво ответил тот.
— А, не важно, — отмахнулся Доктор, — Важно то, что лишь Рафаэль может подобраться к Мире достаточно близко, чтобы схватить её.
— Но мне нужны планы и доступ к информации, — сказала Оливия, — Сейчас неоптимальное положение для подключения к Земле.
— Момент, — Доктор пожужжал отверткой в сторону своей будки, — Все, пользуйся ТАРДИС как усилителем.
— Спасибо.

— Стоп, стоп, стоп! Там же будет полно народу. Нам нужна маскировка, — с новой силой воодушевился Майки, — И я уже всё продумал. Раф оденет такое огромное сомбреро, под которым никто даже не заметит его зелёного лица, а панцирь прикроет ярко оранжевым блестящим плащом в карнавальном стиле!
— Майки, лучше прекрати прямо сейчас, — захотел остановить младшего темперамент, пока остальные пытались сдержать смех, представив грозного Рафа в указанном наряде.
— Да чего прекрати? — отмахнулся шутник, перейдя на акробатические трюки, уходя от попыток Рафа заткнуть рот Микеланджело в прямом смысле, — Ты только представь, как ты встречаешь Миру в коридоре, и такой: "Нина Бонита, Мира!" и, срывая сомбреро, начинаешь играть бровями!
— Я сейчас с тебя эту дебильную лыбу лучше сорву! — рванул за младшим Рафаэль под общий хохот, хоть и у самого вырвался смешок. Очевидно, что уже и сам Раф представил себя в маскарадном костюме, и идея была хоть и неприятной, но явно весёлой.

Впрочем, смеялись не все. Стракс стоял с каменным лицом, не понимая, что происходит.
— А что такое сомбреро? Может всё-таки лучше напалм, — наконец попытался сонтаранец поддержать разговор, — да может и играть стоит не бровями, а боевым лазером?
После этого Раф уже не мог преследовать Майки.


***

— Мисс Экхарт, объект проснулась, — доложила молоденькая рыжеволосая сотрудница, вошедшая в кабинет. Виктория отодвинула в сторону все бумаги и направилась в кабинет пациентки, вместе с той сотрудницей.
— Сколько вы ей всадили? — спросила начальница свою собеседницу.
— Мы увеличили дозу в полтора раза, как вы и просили, — пояснила сотрудница.
— Хорошо. Следующий укол сделайте с двойной дозой, — утвердила Экхарт. Спустя минуту она уже была в палате объекта.

— Как ты тут, Оливия? Помнишь хоть что-нибудь о себе, о нас, о миссии? — начала настойчивый разговор Виктория.
— Я тебя ненавижу, — медленным и неуверенным голосом произнесла объект.
— Очень зря, Оливия, мы же с тобой подруги. Мы так много пережили вместе, — мисс Экхарт, казалось, выдавила из себя всю искренность, которую только могла, — Ты доверяла мне, а я тебе. Ты очень много обо мне знаешь. Гораздо больше, чем все другие мои сотрудники.
— Ты лжёшь. Ты всё лжё-о-ошь! — объект обхватила руками голову.
— Совсем нет, Оливия, я говорю тебе правду. То, что с тобой происходит, это всё дело рук Миры Фокс. Мы слишком поздно заметили, что она ведёт двойную игру. Она давала тебе сильные психотропные средства. Именно из-за этого мы вынуждены теперь вот так вот восстанавливать твою память. Через жуткие потрясения твоей психики, — продолжала говорить Виктория милым и откровенным голосом, — Прости, но ты же знаешь, как это важно. Вернее знала, насколько важно.
— Что важно? Что я знала? Что ты несёшь? — продолжала спорить объект.
— Вы с Мирой занимались созданием генетического гибрида. После удачи на одноклеточном уровне, вы взялись за более сложные организмы. Мы не могли изучать непосредственно тебя, в силу твоей уникальности, но, похоже, у Миры были свои планы. Я подозреваю, что она связана с какой-то жуткой организацией, которая выращивает монстров или сотрудничает с инопланетянами. Ты была готова защищать землю любой ценой, твои открытия должны были стать залогом удачи в лечении многих заболеваний.
— Это всё чушь, это всё чушь, это всё чушь… ЭТО ВСЁ ЧУШЬ!!! — постепенно увеличивала громкость своего крика объект 00Х.

Виктория Экхарт вышла из палаты и направилась в свой кабинет, ожидая новой встречи со своей пациенткой.

***

После того, как Доктор сделал из ТАРДИС ретранслятор, Донателло подключил свой КПК и вместе с Ливи они склонились над пультами, тихо и коротко переговариваясь. Через несколько мгновений на всех трех дисплеях в зале управления начали мелькать планы, строчки кода и шифры. Доктор стоял в стороне и обдумывал что-то важное.

— Итак, все просто, — начала Оливия, — Если верить предоставленной Мирой информации, то держать её могут лишь в Институте. Я была там до того, как меня решили перевезти и спрятать.
— Почему ты думаешь, что это Институт? — задала вопрос Вастра.
— Последняя запись в присланном логе была о том, что Мира направляется в Институт на встречу. Она рассчитала время, которое могла потратить до следующего соединения. Её захватили в плен, а программа сработала по заданному алгоритму. Не думаю, что Виктория рискнет перевозить Миру. Ей не захочется еще раз наступать на те же грабли.
— С этим выяснили. А дальше что? — спросил Леонардо, вглядываясь в трехмерные планы задания, спроецированные устройствами в полу.
— На ТАРДИС группа может проникнуть в эту неохраняемую зону и уже оттуда начать движение, — сказал Донателло, показывая на нужную точку, — Вот здесь, здесь, здесь и здесь — возможные места, где держат Миру. Придется разделиться.
— Логично будет, если мы с Дженни и Страксом возьмет эти этажи, — указала Вастра, — Тем более нам работать втроем привычно.
— Майки и Дон возьмут на себя эту зону, — обвел рукой часть плана Леонардо, — А я, Раф и Доктор будем исследовать эту часть здания.
— Стой, стой, стой! — запротестовала Оливия, — Ты никуда не пойдешь.

— Что? — четыре черепахи воскликнули одновременно. Леонардо с возмущением и подозрением, ведь вызывающее поведение Олив в некоторой степени сейчас подрывало его авторитет. Рафаэль с неким удовольствием подумал, что наконец-то нашелся кто-то, кто смог заставить Леонардо вспотеть. Донателло не ожидал от Ливи столь открытого проявления желаний. Если трое из братьев поняли лишь один аспект сказанного Оливией, то Микеланджело оказался совершенно непонятлив. Его выражение лица было настолько изумленным, что вызывало смех.

— Все уже забыли, что Леонардо надо восстановиться? — спокойно парировала девушка.
— Я дрался с треснутым панцирем и ничего, — гордо фыркнул темперамент.
— У вас не было выбора, вы спасали мир.
— А что изменилось сейчас? — спросил Леонардо, сложив руки на груди. Доктор, Вастра, Дженни предпочли не вмешиваться. Стракс пропал, но никто этого не заметил.
— Вы спасаете всего лишь одного человека, — спокойно констатировала девушка.
— Не стоит принижать своей ценности, — вдруг сказал Леонардо, но предпочел не продолжать фразу.

— Вау! Сейчас он признается, — прошептал Микеланджело, стоя рядом с Донателло.
— Не думаю, — ответил умник.

— Я и не принижаю. Я не хочу, чтобы ты лез в драку с трещинами в груди и на панцире, — голос Оливии стал на деление выше.
— Ты сама говорила, что потребуется несколько часов. Значит, это уже не критично.
— Если пойдешь ты… кто останется со мной? — вдруг плечи Олив поникли, — Донни нужен, Майки и Раф не смогут бездельничать здесь. Помощь Доктора группе будет неоценима непосредственно там, — девушка махнула рукой в сторону плана, — Вастра, Дженни и Стракс должны пойти, потому что именно для этого они здесь, — внезапно девушка посмотрела вверх, будто задумалась на секунду и отключилась, — Стракса нельзя здесь оставлять надолго.
— Почему? — Вастра догадалась, к чему клонит дочь, и голос её стал встревоженным.
— Увидишь скоро. Пока ничего серьезного. Но мы отвлеклись, — девушка повернула голову в сторону лидера, — Предлагаешь мне остаться в одиночестве?
— Нет. Я…
— Не надо, Лео, — девушка обиженно отвернулась.
— Ты не пойдешь?
— Я не могу.
— Я могу переделать некоторые схемы и сделать из ТАРДИС еще более мощный передатчик для нервных импульсов. Тогда аватар сможет быть на связи, даже находясь на Земле, — заговорил Доктор.
— Я не хочу рисковать. Ни аватаром, ни всеми. Попади эта технология к людям, и они сделают опять что-то плохое. Прости Дженни…
— Ничего, я все понимаю, — отозвалась та.
— Придется тебе, братишка, присмотреть за сестрицей, — неоднозначно высказался Рафаэль с усмешкой на лице.

В этот момент в комнате появился Стракс, который своим поведением приковал все взгляды к своей персоне.
— Это нормально, что у него такая лыба? — тихонько спросил Майки у Дженни.
— Нет не нормально, — ответила та, направляясь к дворецкому, но Вастра уже успела её опередить.
— Что случилось Стракс? — спросила силурианка своего спутника, — Ты аж светишься!
— Ничего, совсем ничего особенного, — запрыгал на месте сонтаранец, — Просто я ходил по кораблю и попал в комнату, где много всякого ненужного хлама, и там я нашёл тригермагнитный усилитель, ускоритель прото-частиц, антиматериальное вместилище и фотонную трубку!
— Ну и что с того? — непонимающе фыркнул темперамент.
— А то, что теперь эта картошка может уничтожить целую планету! — без тени юмора или сарказма ответил Рафаэлю Доктор.
— Стракс, — Вастра подошла ближе к своему дворецкому, — Пожалуйста, отдай мне свои игрушки.
— Нет, — возразил сонтаранец, — Я не могу этого сделать.
— Стра-а-а-акс! — протяжно повторила госпожа, но уже более грозным тоном.
— Но если я вам их отдам, то я не смогу уничтожить эту мерзкую планету! — опустил голову клон.
— Прекрати немедленно, мы не собираемся уничтожать луну! — утвердительно кивнула головой Вастра.
— А зря. Мне это серое пятнышко показалось подозрительным ещё в тот день, когда я поступил к вам на службу, — продолжал ворчать Стракс, но все найденные элементы всё-таки вернул.


***

— Оливия, как ты? — вновь первой разговор начала Экхарт.
— Как я? Просто ужасно, — ответила объект, — Сначала меня пытают и избивают, потом ловят, как дичь, а теперь привязана к кровати, и мне вкалывают какую-то дрянь каждые несколько часов. И каждый следующий укол отзывается жуткой болью! Как я могу себя при этом чувствовать?
— Прости, но мы не могли иначе. Доктор Фокс при помощи какой-то технологии погрузила в твой мозг некоторые элементы своей личности. Ты долго думала, что ты — это она. Ты можешь не верить мне, — начала снова иронизировать Экхарт, — Но ты должна поверить себе. Если придут снова мысли Миры или тебе покажется, что ты — это она, то обязательно дай знать. Потому что от этого зависит, как скоро мы сможем тебя выпустить, чтобы ты вновь смогла встать в строй.
— Встать в строй? Что за бред? Какой строй после побега? — доказывала своё объект.
— Нет, ты что? Не было никакого побега. Ты лежишь на этой койке почти полгода. Всё твоё противостояние происходило только в твоей голове, — максимально правдоподобно заговорила Виктория, — Мы применяли к тебе разные методики, в том числе и регрессивный гипноз, который погружал тебя в самые тёмные глубины собственного сознания.
— Но это всё было так реально, — неуверенным голосом заговорила объект, — Неужели мы вправду подруги?
— Ещё какие. А что до реальности, то да. Это ведь было немного больше, чем просто сон. Поэтому и все образы казались очень реальными. Но ты не должна забывать, что это были лишь образы, которые помогали твоему разуму сосредоточиться. Ты рисовала себе врагов и защитников. Возможно даже… любовь! Не стесняйся рассказывать, ты про меня тоже многое знаешь.
— Что, например?
— Например, про особые секретные обстоятельства миссии моего отца на луне, которые известны только нам.
— Допустим. Но что от меня требуется теперь?
— Оливия, ты уже сделала многое для нашей планеты, но теперь нам нужны знания Миры, которые она вложила в тебя вместе с теми злополучными частями своей личности. Наши люди получили подтверждения её контактов с инопланетными цивилизациями, и мы хотим получить информацию об их технологиях, которая сейчас спрятана глубоко внутри твоего мозга.
— Я что снова отправлюсь в такой гипноз?
— Если это тебе поможет, то да. Оливия, ничего не бойся, больше мы тебя не дадим никому в обиду.

В этот момент в палату зашёл ещё один сотрудник.
— Мисс Экхарт, вас ожидают на проводе. Это президент! — голос вошедшего Джона Кимпли звучал очень правдоподобно.
— Прости, Олив, как ты понимаешь, власть интересует только оружие. Так печально, что приходится защищаться и от тех, кого следовало бы считать своими.
— Да ничего, — произнесла объект и развернулась лицом к стене.

Уже в коридоре Кимпли решил поговорить с Экхарт более подробно.
— Честно скажу, я не был до конца уверен в успехе этого плана, — начал Кимпли.
— Да брось, Джон, мы и не такое проделывали с людьми, — ухмыльнулась Виктория.
— В том-то и дело, что с людьми, а она не человек. Очень хорошо, что сыворотка Сакса действует.
— Сакс — гениальный человек, но я вам этого не говорила.
— Безусловно.
— Мы получили нужную дозу опытным путём. Следите за тем, чтобы ей вкалывали такую дозу препарата в нужное время, иначе все усилия пойдут насмарку, — скомандовала Виктория, — Вам можно доверять, как я полагаю. А я покопаюсь в старых воспоминаниях моей родственницы.

***

— Ребята! Где вы пропадали? Где Лео и Олив?! — взволновано спрашивала журналистка, подбегая к окну в кухне и закрывая жалюзи, дабы никто случайно не увидел черепах из окон соседнего дома.
— Не части, Эйприл, — сказал Донни, — Не волнуйся, мы все тебе сейчас расскажем.

Во время пересказа всей истории девушка успела несколько раз заварить чай, но терпеливо ожидала конца. Она волновалась, но выбранная профессия наложила свой отпечаток — интерес оказался сильнее желания отчитать друзей за опрометчивые действия, а сдержанность и короткие уместные вопросы позволили лучше увидеть произошедшее. Эйприл успела отправить сообщение Кейси, тот был на работе и освободился лишь через пару часов. И историю друзей ей пришлось слушать во второй раз.

— Эйп, нам нужна твоя помощь, — важно сказал Раф.
— Почему именно её? — с обидой и ревностью спросил Джонс, — Я бы мог проникнуть в Институт и сделать все.
— Как только ты засветишься хотя бы на одной из камер, то Экхарт уже будет иметь твоё досье. Её ресурсы впечатляют, — парировал Донни спокойным голосом, — Я подделаю данные Эйприл и устрою её в Институт на должность лаборанта…
— А дальше что? — нетерпеливо перебил умника детектив.
— С помощью ТАРДИС мы переместимся в недалекое будущее и там снова встретимся. Если все пройдет гладко, то у Эйприл будут все данные, которые нам понадобятся для нападения.
— Это странно… слышать про перемещения во времени, — неуверенно прозвучал голос О’Нил.
— Это еще что, — встрял вдруг Майки, — Картофельные инопланетяне или женщины-ящерицы в платьях — не менее странно.
— Донни, ты уверен, что с ней ничего не случится? — встревожено спросил Джонс.
— Уверен. Есть устройство, — умник передал небольшой предмет, похожий на зажигалку, — которое пошлет сигнал Доктору сквозь время и пространство.
— Итак, моей задачей является разведка и сбор данных?
— Да, — утвердительно кивнул Раф.
— Тогда это по мне. Жаль только, что об этом не напишешь статью. А как быть с моей основной работой?
— Возьми отпуск, пожалуйста, Или я могу немного поправить документацию вашего канала, — ответил Донателло.
— Я разберусь, — кивнула девушка не столько остальным, сколько себе. Начальство у неё было жесткое и в то же время капризное. Чтобы получить отпуск придется оформлять его за свой счет. А это означало пожертвовать планами на отдых с Кейси в Европе. Но чего не сделаешь для своей семьи?


***

Рафаэль стоял в комнате управления Тардис на уровне с книжными шкафами. Уперевшись руками в поручень, он наблюдал, что делают остальные. Донателло, Доктор и Вастра обсуждали что-то техническое. Микеланджело притащил из кухни еду в сумке из супермаркета. Он вытаскивал тарелки и контейнеры из неё как фокусник. Стракс рассматривал свой арсенал и собирал его обратно. Видимо, отобранные Вастрой игрушки все еще не испарились из памяти этого картофелеголового.

Рафаэлю следовало еще раз пробежаться с остальными насчет плана, но он это не сделал. Его окружали разумные существа, которые не нуждались в лишнем сотрясании воздуха. Тем более темпераменту не хотелось походить на Лео. А еще Рафа волновал один очень важный эпизод.

Оливия до конца не понимала, как подать информацию, которую собиралась озвучить. Она колебалась, и это не осталось незамеченным.

— Если ты мне не доверяешь, то зачем тащила сюда? — если бы перед ним была не Лив, то он разозлился бы не на шутку. Не потому, что он был в неё влюблен. Он просто хотел ей помочь, но в силу его темперамента и характера это получалось грубо и даже дерзко.
— Я тебе доверяю и не давала повода усомниться в этом, — парировала девушка, — Я просто не знаю, как сказать.
— Так, как оно есть, Лив, — Рафаэль призвал все свое терпение, чтобы не повысить голос или уйти.
— Ладно, — сдалась полугаллифрейка, — У меня есть план, о котором кроме меня и тебя никто знать не должен.
— Что? — поперхнулся Раф. Уже в который раз за день его ставят в неловкое положение. Это бесило. И бесило неимоверно.
— Это очень важно, — тихо добавила Ливия.
— Ага… — фыркнул темперамент.


***

Объект лежала на койке. Она смотрела в потолок и пыталась еще раз все обдумать. Было весьма логично прислушаться к Виктории. Предоставленное досье на себя и Миру Фокс подтверждали слова руководителя Института.

Последние несколько дней никаких галлюцинаций не было, и можно было снова браться за работу. Оливия оценила заботу со стороны Виктории. Женщина приходила часто и не жалела своего времени, заполняя пробелы рассказами о жизни девушки. Ливии начало казаться, что Экхарт ведет себя, как мать или старшая сестра.
Оливия начала понимать, что черепахи, которых она встретила, были лишь плодом её воображения. Она никому о них не рассказала и сама не понимала почему. Странно, но к этим галлюцинациям она испытывала теплые чувства и считала их чем-то совершенно личным.
Искать значение этих образов следовало в восточных культурах и личных вкусах. Черепаха всегда символизировала устойчивость. Именно в этом нуждалась психика объекта. Кроме этого, черепаха являлась защитным символом. Эти зверушки всегда нравились маленькой Ливии, потому что знаки на панцирях животных часто казались ей загадочными письменами с тайным смыслом. А цифра четыре означала такое качество, как "бунтарь" и являлась числом Души Оливии.

Объект 00Х села на край койки. Её комната, а точнее палата, была обставлена скудно. Все колющее, режущее, способное стать оружием или орудием отсутствовало по правилам. Оливия не успела встать, как дверь, находящаяся справа, открылась. Она с недоверием наклонилась и заглянула в коридор. Странным показалось то, что освещение было там тусклым. Оливия встала и заколебалась. С одной стороны здравый смысл говорил девушке, что это может быть очередной тест, и ей не нужно идти, но с другой неудержимое желание разобраться заставило сделать первый шаг за порог. Следующие шаги уже оказались более простыми. Оливия шла по коридору, и тревожное чувство заставляло волосы на голове шевелиться. Сначала она не понимала причины, но потом смутно начала понимать. Она находилась в здании без охраны, а другие палаты оказывались пустыми.

— Это не может быть правдой, — прошептала девушка, открывая дверь перед собой. — Не может быть, чтобы все двери были открыты… — Дверь захлопнулась, и девушка оказалась в черной пустоте.

— Может, моя дорогая… — сказал голос позади, и чья-то рука провела по спине девушки. Она обернулась и приготовилась к драке, но сзади никого не оказалось.
— Кто ты?! — закричала Оливия.
— Не бойся… — прошептал женский голос, кажущийся Оливии очень знакомым. И снова никого рядом не оказалось. — Ты хочешь вылечиться? — снова шептал голос с другой стороны, а страшное касание повторилось.
— Да, я хочу излечиться от амнезии, — ответила девушка.
— Тогда ты должна кое-что сделать… — многозначно сказал бестелесный голос.
— Что именно?

Вместо ответа впереди зажегся свет и осветил четыре операционных стола в вертикальном положении с разными манипуляторами. Зеленые фигуры были зафиксированы металлическими оковами на запястьях, лодыжках и шеях. Девушка подошла, и свет зажегся позади нее.
— Майки, Лео, Раф, Донни! — воскликнула Оливия. — Вы настоящие?! — но странная преграда не давала их услышать.
— Они настолько настоящие, насколько ты этого хочешь. Твой путь к излечению лежит через них.
— Простите?
— Видишь рычаг? — ответил голос вопросом на вопрос, но, не дожидаясь ответа, продолжил: — Если ты голова к излечению, то потяни за него и твои последние ниточки к безумию будут уничтожены.

Девушка взялась за рычаг, и, сделав глубокий вдох, собралась его потянуть на себя. Но в последний момент её что-то укололо в сердце. Это странное чувство внутри груди заставило поднять взгляд на черепах.
Микеланджело со страхом смотрел на Оливию, будто не верил своим глазам. Он никогда не задумывался о смерти при таких обстоятельствах.
Леонардо смотрел на происходящее с грустью и с толикой сожаления. Он дрался до последнего, но проиграл. Он не потерял своего лица и, гордо расправив плечи, смотрел в глаза смерти. Он не хотел так завершить свою жизнь, но уйти был обязан достойно.
Рафаэль что-то кричал и яростно рвался из пут, но это оказалось совершенно бесполезно. Он знал, что все умирают, но категорически не собирался уходить так бесславно и откровенно по-идиотски.
Донателло поднял взгляд, и в нем читалось смирение. Взвесив все объективные и субъективные факты, он, как и Леонардо, понимал, что их ждет неминуемая участь.

Сердце начало щемить при взгляде на Леонардо, а голова разрывалась от одного вида Рафаэля. Все казалось Оливии неправильным. Крик сорвался с её губ, но внезапно смолк, потому что откуда-то сбоку появилась фигура. Она приближалась ритмичным мерным шагом. Когда она оказалась рядом, то сомнений не оказалось. Это была Мира Фокс. В голове девушки одновременно зажигались и гасли миллионы вопросов, но она безмолвно хлопала глазами, еле держась на ногах. Через мгновение вокруг облика Миры появились очертания самой Оливии. Они будто дымка окружали Миру.
— И долго будешь медлить? — спросила та.
— Не знаю.
— Делай выбор.
Оливии понадобилось несколько секунд, чтобы собраться, и она схватилась за рычаг. В этот момент Мира сделала рывок, она сжала руку на горле девушки и одним резким движением выдернула нечто из телесной оболочки. Та, в свою очередь, повинуясь законам притяжения начала падать на черный пол. Галлифрейка отбросила светящуюся гуманоидную субстанцию в сторону. Еще оно движение, но теперь уже похожее на ныряние в воду, и Мира оказалась внутри тела.

Девушка сорвалась в постели, оказавшись в своей палате.
— Это был всего лишь сон, — прошептала она.

***

Разговор в каюте экипажа оставил неприятный осадок.

— Раф, есть кое-что… Я настояла на том, чтобы Лео остался не только по озвученной причине.
Рафаэль искоса посмотрел на Ливию с взглядом «Ага, так тебе и поверил».
— Он нужен для запасного плана.
— Какого еще запасного? — удивился мутант.
— Если с вами что-то случится, то я телепортирую его на Землю.
Несколько мгновений черепаха пребывал в состоянии шока. Он и не подозревал, насколько Оливия может быть хитра и сложна в своем мышлении.
— А я подумал…
— Все подумали, но это не важно, — перебила полугаллифрейка, — Лео спасет вас, если что-то пойдет не так.
— С учетом того, что в прошлый раз корабль полностью отключился… Ты можешь… — лицо темперамента исказила гримаса тревоги.
— Да, верно. Все вырубится, а я рискую потерять все свои мозги, — кисло улыбнулась девушка.
— Это нифига не смешно. Под вопросом твоя жизнь, — парировал Рафаэль.
— Вот именно! Поэтому ты должен выложиться настолько, чтобы не допустить моей гибели, если я хоть имею какое-то значение.
— Это такой хитрый способ мотивировать меня, да, Лив? — черепаха подозрительно сузил глаза. Он почти попал в точку, но в душе понимал, что ради семьи Оливия все-таки способна даже на сумасбродные поступки.
— Я просто сказала, что на кону. Решать и делать придется тебе, поскольку Лео выбрал тебя лидером.
— Он не выбрал меня. Это ты его убедила. Зачем кстати?
— Ты этого всегда хотел.
— Откуда ты знаешь?
— Я же копалась в твоих мозгах, — с этими словами девушка постучала указательным пальцем по виску Рафаэля, — И взамен тоже кое-что отдала.

Почему он еще не осознал все, как это сделала Вастра, было девушке понятно. Эмоциональность и вспыльчивость Рафа порождала неспокойствие ума. Вастра же быстро собирала клочки паззла благодаря медитации. Причем эта медитация стала непроизвольной, на уровне рефлекса. Это и роднило силурианку с Леонардо.

— Вот, значит, откуда вся эта ересь, — фыркнул Рафаэль.
— Не дуйся. Твои тайны умрут со мной, — улыбнулась девушка и обняла темперамента. — У тебя все получится. Просто приложи усилия.


Рафаэля не могло не беспокоить то, что вытворила Лив. Да, он мог побежать к Лео и все рассказать, но тогда ему придется признать свое поражение. Незаслуженное и совершенно бесполезное. Рафаэль не раз бросал вызов ради спасения семьи. Оливия была ему дорога как компаньон в авантюрах. Но еще сильнее темперамент противился мысли, что он ценит её все больше, как подругу Лео. При всем ярко и неярко выраженном противостоянии старшему брату, Рафаэль не мог представить, как делает ему больно. Специально или случайно.
Мысли об Олив как возлюбленной брата натолкнули его на другие размышления. Еще никогда им никто не интересовался. А тут вдруг Мира проявила столько внимания. Это неимоверно льстило. За все сообщение несколько раз прозвучало его имя из уст этой барышни. Никого больше она не называла. А последнее «Рафаэль» было произнесено настолько чувственно, что не составило труда понять одну вещь: либо это действительно заинтересованность, либо — отлично отыгранная сцена.
Если сказать, что темперамент не представил рядом с собой Миру в качестве возлюбленной — это будет означать, что кто-то кому-то врет. Не то сам Рафаэль себе, не то мы все — друг другу.

***

Оливия продолжила сидеть за столом на своем месте.
— Я говорила с Рафом. Он готов к заданию.
— Я заметил, что у вас особые отношения, — как-то сухо сказал Леонардо.
— Ты ревнуешь? — улыбнулась Ливия.
— Нет… может чуть-чуть, — мутант изобразил это слово жестом.
— И все потому, что ты не можешь до конца с ним поладить? — попыталась угадать девушка, минуя возможную причину. Эта игра ей понравилась.
— Что-то в этом роде, — уклончиво ответил синебанданный и улыбнулся в ответ.

Кажется, градус напряжения понизился, и Оливия задала еще один вопрос:
— Лео, ты поговорил с Донни?

— Кхм… — еле слышно кашлянул аватар Олив, привлекая внимание рядом стоящего Леонардо. Эффект был достигнут, и девушка кивнула в сторону Донателло.
— Донни, можно тебя на минутку? — тихо спросил лидер и направился к выходу, а гений без возражений последовал за ним.

Этот разговор был запланирован. Леонардо хотел поговорить с Донателло, но внезапно появились братья и Доктор с его тремя не менее странными друзьями. А потом воссоединение прервало тревожное сообщение Миры. Мутант не любил, когда что-то шло не по плану, но научился быстро приспосабливаться к новым обстоятельствам. Напоминание Оливии было немного раздражающим, но вполне уместным. Она тоже переживала за Донни, поэтому синебанданный не стал зацикливаться на нарушении субординации. Её спасло то, что никто не заметил произошедшего.

— Что случилось, Лео? — задал вопрос умник, оказавшись в одной из заброшенных кают наедине со своим старшим братом.
— Скажи, что случилось, Донни? Ты будто прячешься от меня.
— Нет, это не так, — но когда фиолетовобанданный встретился с твердым взглядом брата, то добавил: 
— Мне просто нужно было время.
— Для чего?
— Чтобы успокоиться.
— Я понимаю, что для тебя все оказалось трудным, — спокойно начал Леонардо. Его голос и манера звучали поучительно с философским налетом. На немой вопрос собеседника мутант тут же ответил: 
— Мне Олив рассказала…
— Понимаешь… Врачи никогда не лечат, не оперируют родных и близких. Это опасно для последних. Эмоции и переживания иногда оказываются сильнее.
— Дон, ты справился. Ты доказал, что сильнее этого, — одобрительно кивнул синебанданный. — Я в тебе никогда не сомневался.
— Спасибо, Лео, — рассеяно сказал умник.
— Пойми, что если ты не отпустишь свои переживания и чувство вины, то пострадают остальные. Нужно, чтобы ты сосредоточился на миссии, — Леонардо сжал плечо Донателло, заставляя сосредоточиться на том, что говорил старший брат. — Справишься?
— Да, — внезапно в глазах фиолетовобанданного зажегся огонек энтузиазма.
— Уверен?
— Уверен. Все прошло.
— Отлично. Тогда у меня еще одна просьба, — Леонардо сделал паузу. — Присмотри за Рафом. Когда он входит в раж, то может наделать ошибок.
— Я присмотрю за ним, — кивнул Донателло.
— Спасибо, — братья обнялись.

— Я рад, что ты дал шанс Рафу. Не знаю, что получится, но ему полезно. А еще я рад, что ты согласился остаться с Ливи, — добавил Донателло, когда уже черепахи шли по коридору на место сбора.
— Я был бы полезней с вами, — в голове старшего прозвучали нотки возмущения.
— Сомневаюсь, — возразил Донателло, но его тон свидетельствовал, что больше по этому поводу он ничего не скажет.


— Я говорил с ним. Все хорошо. Ему действительно пришлось трудно, но он справился, — Леонардо, как всегда, коротко и исчерпывающе описал ситуацию.
— Я очень рада.

Прошло несколько минут, как Оливия заговорила снова:
— С Майки все было просто.

— Не грусти, бро, — приободрила девушка оранжевобонданного.
— Почему ты опять не можешь пойти с нами? — грустно вздохнул Микеланджело, присаживаясь на койку в заброшенной каюте.
— Я отдала аватар ТАРДИС. Это стратегически важнее, нежели моё участие.
— Ты не права, Оливка. ТАРДИС не умеет драться, а ты раскидаешь всех в два счёта.
— Вас троих и друзей Доктора хватит на всех.
— Я тебя раскусил, сеструха. Я понял! Вы просто с Лео решили остаться наедине! — внезапно шутник вскочил с энтузиазмом на лице, но тут же переменился в лице и сел обратно.
— Будет справедливо сказать, что это приятно, но причина не в этом. Мне нужно удостовериться, что он полностью здоров.
— Ага! Догадываюсь, какие у вас будут диагностики… — еще грустнее прозвучали слова черепахи.
— Слушай, прекращай уже тут валять дурака и поднимай свой раскисший зад. Чтобы надрать ученый зад Виктории и её свите! — вдруг воскликнула Оливия, заставляя подпрыгнуть собеседника. А потом рассмеялась.
— Не уверен, что это хорошая формулировка, — залился смехом Микеланджело.
— А почему? Ты же и сам всегда к ней прибегаешь?
— Такой формулировкой надо уметь пользоваться по ситуации. Например, зад Виктории Экхарт, который не так раскошен, как твой, который теперь у Миры и которым займётся Раф, безусловно, нуждается в хорошей плётке, а у Майки есть только нунчаки. Однако учитывая обстоятельства, будет проще сказать, что придётся Виктории довольствоваться только нунчаками Майки! — заумничал с важным видом оранжевобанданный.
— Вот видишь, а говоришь, что неудачная формулировка.
— Эй ты чего? — голос черепашки изменился на обиженный, — Неужели не почувствовала разницу между тем, что сказала ты и тем, что сказал я?
— А, ну ладно, — отмахнулась Оливка и заразно захихикала. Собеседник её поддержал.

Когда смех стих, то Майки вдруг сказал:
— Будет непривычно видеть аватар и понимать, что это не ты.
— Для связи будет гораздо удобнее использовать аватары, вместо раций. Да и что же теперь поделать, если даже сейчас я — это не я, — улыбнулась девушка.
— От тебя и Донни можно получить вывих мозга.
— Но ведь все в стиле твоих любимых комиксов.
— Неужели?
— Ужели-ужели. Злая тётя хочет сделать бяку, и вы отправитесь спасать даму в беде или принцессу тайного государства, — засмеялась Ливия. — Так что спаси меня, о, рыцарь Ордена Оранжевого Нунчаку, — смеяться оба начали одновременно, и это действие продлилось ровно до колик в животе.
— ООН? Уже занято! — просопел Микеланджело, пытаясь отдышаться.
— Тогда лучше скажу: "Великий победитель непобедимого!" или "Магистр ордена пожирателей пиццы".
— Точно, Оливка, — недвусмысленно поднял палец к потолку шутник, — Я так заговорился с тобой и забыл, что пришло время обеда ... Ну, или завтрака или ужина, не знаю, как тут идёт время.


— Сначала он очень расстроился, что ты не пошла с ними, — кивнул Леонардо. — Но что ты сделала? Он потом светился от радости.
— Это была обычная смехотерапия, — загадочно протянула фразу девушка, а потом рассмеялась.

Их с Лео разговор был коротким, но в нем оказалось множество приятных моментов. Девушка наслаждалась каждой фразой, произнесенной им и следила за самыми мельчайшими движениями. Леонардо вел себя спокойно и свободно, не показывая насколько интересен или неинтересен ему этот разговор. Эта сдержанность начинала надоедать Олив и она вдруг сказала:
— Давай сыграем в игру?
— Какую? — удивился мутант.
— Будем узнавать друг друга поближе.
— Как? — с одной стороны это заинтересовало Леонардо, но с другой даже немножко пугало, но он это не показывал.
— Вопрос-ответ. Я первая.

***

— Мне жаль, Оливия, но придется тебя подержать еще пару дней здесь. Некоторые результаты тестов мне кажутся странными, — сказала Виктория.
— Хорошо. Но чем быстрее мы начнем заниматься делом, тем быстрее мы сможем разобраться с исследованиями доктора Фокс, — спокойно ответила Мира.
— Я рада видеть такое рвение, но отдохни пока, — с этими словами Экхарт направилась к двери.
«Я тебе устрою рвение», — подумала Мира, но лишь улыбнулась шикарному заду ученой.
— Еще одно, — женщина обернулась на пороге и продолжила: — Мне нужна Мира. Если мы выясним, куда она пропала и найдем её, то сможем еще сильнее продвинуться в нашем проекте.
— Несомненно, — кивнула Мира, подавляя желание удушить Викторию прямо здесь.

Здание содрогнулось так, будто случилось землетрясение.
— Что это было? — удивилась Виктория, держа руку на дверной ручке.
— Это моя месть, милая, — вскочила девушка и рывком сбила ученую с ног. — Думала меня вечно держать на препаратах и превратить в свою комнатную зверушку? Не получится.

Еще один удар, хотя не в полную силу, отправил Викторию дальше в коридор. Здание еще раз содрогнулось, и внезапно на мисс Экхарт повалился потолок, коридор наполнился пылью. Мире пришлось отмахиваться от неё руками, но она продолжала двигаться дальше, перешагивая куски потолка. Под слоем бетонной крошки неподвижно лежала Виктория. Её плечо было придавлено балкой. Мира наклонилась над женщиной, пытаясь понять, жива ли она. Она рефлекторно отскочила, когда Виктория Экхарт кашлянула и открыла глаза. Она потянула вторую руку к пиджаку, пытаясь что-то нащупать.
— Ты! Как ты… — вдруг она заметила Миру рядом.
— Думаешь, я полезла бы в пасть льва, не приготовив для него ловушку? — спокойно проговорила девушка.
— Что ты сделала?
— Ты недооценила меня. Зверушки Сакса надрали тебе зад.
— Значит это правда… — прошептала Экхарт, цепляясь за жизнь и сознание.
— Что, правда?
— Они существуют, — ученая погладила что-то в кармане.
— Что ты прячешь? — Мира не дождалась ответа, так как ученая потеряла сознание. Тогда девушка нагло залезла той в карман и вынула оттуда блокнот. Кожаная обложка и вензеля на ней свидетельствовали, что вещица была очень старой. Быстро просмотрев ее девушка произнесла: 
— О, а это любопытно, — галлифрейка посмотрела на женщину, придавленную балкой и фыркнув бросилась к кладовке на этаже в поисках более подходящей одежды. Чьи-то штаны и рубашка оказались не по размеру. Рубашку девушка застегнула лишь на пару пуговиц, а незастегнутые концы завязала пониже груди. Чтобы штаны не упали, пришлось воспользоваться поясом найденного халата. Закончив с переодеванием, Мира бросилась бежать по коридору. Ей попался небольшой отряд бойцов, который был быстро обезврежен.

***

— О, привет, красавчик! — воскликнула Мира, глядя на мутанта с другого конца длинного коридора. Так сложилось, что она случайно пробегала как раз там, где проходил путь темперамента.
— Так ты не в плену? — удивился черепаха и продолжил движение.
— Я была. Случайность. Ваша диверсия стала залогом моего освобождения. Не обнимешь меня в знак встречи? — вызывающе спросила Мира, разводя руки в стороны.
— Пожалуй, я воздержусь.
— А зря, красавчик. Я не кусаюсь. Эх, ладно, — на мгновение девушка изобразила безразличие на лице, — Ты принес то, о чем я просила?
— Да, — на кивок собеседницы и приподнятые брови темперамент отреагировал соответственно: достал небольшой предмет из кармана.
— Отлично! — у Миры внезапно загорелись глаза таким безудержным огнем авантюризма, что у Рафаэля возникло мимолетное желание отдать вещицу и посмотреть, что будет дальше.
— Я принес, но не было уговора, чтобы я тебе отдал, — темперамент спрятал вещь в левый карман.
— Зачем ты так со мной? — начала жалостливым голосом Мира, а затем продолжила, — Мне стало очень и очень грустно. Неужели ты не знаешь, что разочаровывать девушку может быть очень опасным?
— Я тебя разочарую ещё больше, когда доставлю на корабль ко всем, — холодно произнёс Раф.

Но его собеседница уже была в курсе всех его эмоций, спрятанных за этой фразой. Мира направилась к нему спешной походкой, которая быстро стала сокращать расстояние. Пройдя полкоридора, она перешла на бег, и Рафаэль понял, что без драки уже не обойдётся. Набрав приличную скорость, девушка подпрыгнула, чтобы в полёте нанести удар правой ногой. Темперамент ловко нырнул под противницу и достал саи.

— Что ты творишь? Можно же отправиться на корабль без этого представления и мирно всё уладить, — продолжал говорить Раф пока ещё спокойным голосом, — Не знаю, правда, почему Лив тебе доверяет, но доверяет. Это означает, что пойти со мной для тебя практически безопасно.
— Практически, это насколько? — начала ехидничать Мира, достав штык-нож и откинув ножны в сторону, — Собираетесь отобрать это тело и вернуть меня в компьютер? Мне такое «безопасно» не подходит.

Девушка кинулась на Рафаэля со шквалом атакующих горизонтальных и диагональных ударов.
— Но выбора у тебя нет, — голос Рафаэля наполнился нотками раздражения, — И то, что ты немного ограбила охрану, не сильно-то тебе поможет!
— Ой, неужели? — стала ехидничать попаданка, — Помнится, что в прошлый раз у меня с оружием тоже было туго, а тебе ещё и двое братьев помогали!
Вот тут-то Рафаэль и начал закипать, как чайник. Он рванулся вперёд, поочерёдно атакуя то левым, то правым саем набором колющих и тычковых ударов. Противница именно этого и ждала от него, то уклоняясь, то блокируя его удары.
— Играться вздумала? — выдохнул темперамент, — Или просто нормальный диалог — это удел простых и глупых?
— Ну Рафи-и-и! Будь паинькой и доставь даме удовольствие! — провокационно протянула Мира. И вновь достигла задуманного, поскольку после этой фразы, темперамент стал из черепахи вырываться наружу очередными сериями ударов, половину которых оппонентка отбила, а половину блокировала. После этого она выждала момент последнего удара и, нырнув под атакующую руку очень быстро перехватила штык-нож другой рукой, порезав плечо Рафаэля.
— Вау, да у тебя тоже красная кровь? — наигранно удивилась девушка.
— А ты что думала, что я полностью зелёный что ли? — закипел темперамент.

Серии повторились, и попаданка нанесла порез на другое плечо Рафаэля. После этого, когда злость противника стала вновь зашкаливать, она специально потеряла своё оружие в бою, ожидая, что черепаха проявит благородство, спрятав оружие. И, действительно, Рафаэль убрал саи обратно в ножны и принял боевую стойку. Теперь уже противница перешла на кувырки и перекаты, чтобы уходить от прямых ударов краснобанданного. Затем она оттолкнулась от одной из стен и ударила мутанта ногой в челюсть. Черепахе это не понравилось, но заставило стать более внимательным. Мира в свою очередь перешла в оборону. Она стала иногда даже пропускать удары, чтобы присмотреться к положениям Рафа во время атаки. Закончив с прямыми и боковыми ударами, темперамент тоже стал использовать стену для атак ногами с воздуха. И вот тут противница и уловила несколько ярких слабостей.

— Дорогой, это никуда не годится, — вновь ироничным голосом заговорила Мира, — оставь свои нежности для Оливии, мне больше нравится сильно и жёстко! Покажи мне буйного Рафа!

Когда же в ответ на слова полетели прямые удары, то попаданка нырнула под правую руку и боковыми по кратчайшей траектории достала голову Рафаэля. Затем она выждала немного времени и встала около стены. Черепашка быстро воспользовался ситуацией, оттолкнувшись от стены правой ногой и атакуя левой. Ловко увернувшись от самой атаки, девушка дождалась приземления черепахи и изо всех сил ударила пяткой в лодыжку. Громадное почти двухметровое тело упало на панцирь. Резко ударив дважды по местам, где были порезы, Мира уселась на пластрон Рафаэля в области паха. Воспользовавшись заминкой в пару секунд, пока темперамент приходил в себя от боли, попаданка завела левую руку назад. Пальцы ловко пробежались по правому бедру и направились к внутренней его части. На мгновение Рафаэль замер от неожиданности. Воспользовавшись таким отвлечением внимания, правой рукой девушка нащупала искомый ею предмет. Когда же Рафаэль пришёл в себя, то резко схватил левую руку злодейки, которая бесстыдно блуждала по бедру.
— Ну что ты дорогой, мы же только начали, — стала злорадствовать девушка и, ударив правой пяткой в левое плечо заломала руку противника, — На будущее, не брезгуй моими советами. Если женщина говорит тебе, что хочет сильнее и жёстче, значит лучше с ней действовать сильнее и жёстче, иначе ей не понравится, и ты останешься один.
Закончив свою фразу одновременно с приёмом залома, Мира несколько раз кувыркнулась назад, а затем встала на ноги.
— Прощай, Рафаэль!
— Ну уж нет, чертовка! Я не дам тебе так просто уйти, — заревел темперамент, поднимаясь на ноги.
— Будто я тебя спрашиваю. Хотя, знаешь, — Мира по-прежнему жутко злорадствовала ироничным голосом, — Догони меня, чтобы я снова тебе наподдала!
_______________________________________
*¹ — Ма́ндала — сакральное схематическое изображение либо конструкция, сложная геометрическая структура, символизирующая миропорядок, то есть, по сути, это не что иное, как модель Вселенной. Используется в буддийских и индуистских религиозных и эзотерических практиках.
Само слово в переводе с санскрита обозначает «круг», «диск», «центр». Именно круг чаще всего лежит в основе изображения Mandal. Её внешний круг символизирует Вселенную, в него вписан квадрат, а внутри квадрата - ещё один круг - мир божеств. Этот круг обычно разделен на сегменты или изображен в форме цветка, чаще всего - лотоса. Такова основная структура мандалы, но вариантов её изображения может быть множество.
*² — Зайгоны — раса гуманоидов-метаморфов, родом с планеты Зайгор, которая была уничтожена во время Войны Времени.
Воспоминание Доктора касается 7 и 8 серий 9 сезона «Преображение зайгонов»

Последний раз редактировалось Lidia-Lada; 16.05.2018 в 13:35.
Спасибо за пост (1) от: Anny Shredder
Ответить
Страница 2 из 2:  1 2 
Здесь присутствуют: 1 (пользователей: 0 , гостей: 1):